– У меня всё! – заявил Фигольчик, швыряя за борт очередной автомат.
(Много оружия для дела не нужно – один автомат для себя, другой для Быка и хватит, а остальные только помешают или будут представлять угрозу, если попадут в руки врага.)
– У меня тоже! – отозвался Драгис, но тут же почувствовал, как что-то твёрдое упёрлось ему в бок.
Скосив глаза, он увидел перепуганного до безумия китайца, державшего автомат с присоединённым магазином. Лицо стрелка было искажено, одновременно ужасом и яростью, так что глаза едва не закатывались, но палец уже тянул спусковой крючок.
Очередь панически загрохотала, и пули полетели в ночное небо, словно пытаясь вспороть тьму. Но это случилось уже после того, как корабль вдруг рванулся, выдернув палубу из под ног стоящих на ней людей. Автомат, вырванный из рук стрелка могучей дланью Драгиса, полетел в одну сторону, сам стрелок в другую, а вскоре его догнал, не удержавшийся на ногах гангстер, и придавил беднягу всем своим немаленьким весом!
– Вот теперь действительно всё, – констатировал Драгис, поднимаясь с нокаутированного китайца.
– Теперь к рулевому? – спросил Фигольчик, проверяя трофейный автомат.
– С рулевым и радистом я справлюсь один, – ответил бесстрастный Драговски. – Ты займись вот этими вояками, пока они не очнулись – свяжи и запри где-нибудь, а потом поднимайся ко мне.
Через двадцать минут, когда Фигольчик поднялся на капитанский мостик, он застал Драгиса стоявшего за штурвалом, словно он занимался этим всю жизнь. У стены слабо мычали два связанных китайца с кляпами во рту. На одном красовалась капитанская фуражка, одетая набекрень.
– Пытались драться, – объяснил Драгис, кивнув на пленников, – но оружия у них не было.
– Что дальше делаем?
– Идём вперёд, пока не стряхнём полицию. Не знаю, насколько хватит их упрямства, но топлива в таких катерах часа на два-три полного хода…
Он вдруг замолчал, уставившись на что-то перед собой, словно увидел привидение.
– Что это? – почти прошептал Драгис. – Боже, что это такое?
Обернувшийся к диорамному иллюминатору, Фиг, увидел картину одновременно странную и пугающую. Прямо по ходу судна возникли два ярких вертикальных пятна переливчато-огненного света. Размером эти пятна были таковы, что в любое из них мог, как в ворота войти их сухогруз вместе со всеми своими палубными надстройками. Но самым удивительным было то, что из одного такого пятна неспешно выходили вереницей корабли, но только для того, чтобы почти сразу, (расстояние между пятнами-воротами было около четверти мили), нырнуть в противоположное пятно!
Корабли выглядели, как старинные парусники, правда, вместо парусов у них были лишь жалкие лохмотья, безжизненно висящие на обломках мачт. Да и сами корабли казались вышедшими из хорошей передряги – в бортах зияли пробоины, корпуса некоторых были перекошены на один бок. Тем не менее, какая-то сила влекла их вперёд, хоть на палубе не было видно ни одного человека. При этом, корабли как-то странно сияли, так что можно было подумать, будто они горят и это свет от пожара!
Но никакого пожара не было, сияние исходило неизвестно откуда, было ровным, но ничем не напоминало электрический свет.
– Бык! Стоп машина! Ты слышишь меня, Бык?! Полный назад! Бык?! – орал в переговорное устройство Фигольчик, глаза которого едва не вылезали на лоб.
Реакция Быка не заставила себя ждать – корабль сбавил ход, зашипел, засвистел, задрожал всем корпусом, сопротивляясь силе собственной инерции, противопоставляя ей силу машины, потянувшей эту громадину в обратном направлении. Всем кто был на борту, показалось, что их внутренности сейчас выскочат наружу, а мозги расплющатся о стенки черепа!
Но вот, наконец, эти силы уровняли друг друга, и Фиг скомандовал снова:
– Стоп машина!
Корабль встал, но ещё до того, как он остановился, отчаянные авантюристы удостоились ещё одного зрелища – с десяток полицейских катеров, словно стрелы, выпущенные из лука, устремились вперёд, вслед за старинными галеонами, как будто некая сила придала им дополнительное ускорение! Люди прыгали с них, как лягушки.
Когда последний из катеров был проглочен тем пятном, в котором до этого исчезли парусники, оба пятна двинулись друг на друга, слились и исчезли.
– Эй, чего это у вас тут творится? – раздался в тишине голос Быка, от которого оба гангстера подпрыгнули, как ужаленные.
– Сами хотели бы знать, – пробормотал Фигольчик, держась за сердце.
– Двойной портал да ещё открывающийся самопроизвольно! – ошарашено произнёс Драгис, словно разговаривал сам с собой. – Даже не знаю, как отнестись к этой новости.