— Да в чем дело?
— Я… я… действительно боюсь.
— Брось, — он улыбнулся и снова взял мою руку. — Знаешь что? Идем, посмотрим результаты в другом месте.
Мы долго плутали по коридорам, поднимались и спускались по многочисленным лестницам, и я уже в конец устала и измучилась, когда Харис остановился у двери кабинета с табличкой "Картотека" и, открыв её электронным ключом, пропустил меня вперед. Я оказалась в небольшой комнате, в которой от пола до потолка тянулись стеллажи с бумажными папками. У одного такого шкафа оказался столик с компьютером.
— Садись, — Харис присел сам и придвинул стул мне. — Секунду.
Он ввел пароль, пошла загрузка и вот на экране отобразился длинный список. Мы без труда нашли мой номер, напротив которого значился балл, 87, и значок "+".
— Ух ты! — Харис обернулся ко мне, улыбаясь. — Да ты молодец! Восемьдесят семь из ста. Зубрила днями и ночами?
— Вообще-то, да…
Я чуть повернулась к ассистенту. Мы сидели рядом, плечом к плечу, уткнувшись в экран, и, когда он обернулся, мы едва не столкнулись носами. Харис улыбнулся.
— По-моему, — тихо сказала я. — Я остаюсь здесь… Может, только на семестр.
— Это вряд ли, — его рука легла на спинку моего стула, он чуть подался вперед, и… поцеловал меня. Это вышло так неожиданно, и в то же время так ожидаемо, что я, немного растерявшись, ответила как-то уж совсем по-дилетантски. Хариса моя робость не остановила — процесс захватил его целиком, и он подался вперед.
Не знаю, от чего я получила больше удовольствия — от поцелуя или от своего балла, но такое времяпровождение меня вполне устраивало.
— Харис, ты где… — я так резко отпрянула от новоиспеченного ухажера, что чуть не свалилась со стула. В дверях стоял запыхавшийся Джеймс. Он перевел взгляд с нахмурившегося Хариса на покрасневшую меня, и покраснел в ответ.
— Ясно, — резко бросил он и что есть мочи грохнул дверью.
— Вы что, встречаетесь? — поинтересовался Харис, поднимаясь со стула.
— Нет, — проведя пальцами по губам, ответил я. — Между нам ничего не было. Не знаю, что с ним.
— В таком случае, — Харис положил мне руки на плечи. — Может, отправимся в город и отпразднуем твое поступление?
— Нет, спасибо, — я покачала головой. — Мне, правда, очень бы хотелось. Но я так устала.
— Извини.
Всё же, домой я пришла далеко затемно.
Я сидела одна в пустой лекционной аудитории.
Проснувшись ни свет, ни заря я решила подольше побегать у озера, все равно до занятий оставалась почти три часа. Однако, даже обогнув водоем, я не слишком-то приблизила заветный час начала первой лекции. Поэтому, приняв душ, и тихо собравшись, чтобы не разбудить соседку, которая вообще-то пришла всего пару часов назад, я вышла на аллею, ведущую в университет.
И теперь, сидя в полной тишине, я вдруг впервые осознала, что добилась своего, и это вовсе не очередной сон. Вспомнилось, как пару лет назад, увидев на школьной доске объявлений приглашение к участию в старт-тестировании, представляющего собой первый этап конкурса для поступления в ММУ, я долго не могла оторвать глаз от серого, красиво оформленного листа бумаги. Жизнь так проложила свой путь, что ещё в детстве, откопав среди старья древний том по теории абстрактных полей, я нашла в нем именно то, что было тогда необходимо мне — возможность изменить неизменное, возможность повлиять на предрешенное, возможность отодвинуть неизбежное.
Хоть как-то помочь…
У меня ничего не вышло, как не вышло бы ни у кого другого, но детская настырность повела дальше. Я ждала другой возможности.
По возрасту я не попадала в группу, но, воспользовавшись компьютером в библиотеке, составила себе список тем и литературы, которые следовало дополнительно изучить, чтобы не ударить в грязь лицом. Я готовилась, и не только с помощью книг. Я продолжала учиться чувствовать земную мощь, природную силу, разрушительное и исцеляющее дыхание окружающего мира. Теперь я пробовала не только старые, проверенные методы, но тайком экспериментировала и пыталась самостоятельно оценить свою работу. Из-за этих заморочек я фактически растеряла всех друзей, которые, может быть, и понимали причины моей одержимости, одна из которых у всех молодых жителей захолустья была общей, но не разделяли моего оптимизма на этот счет. ММУ и его основополагающий принцип единства, мягко сказать, были не в почете в нашем крае.
А вот Зоя поддержала, осталась рядом. Есть и её заслуга в том, что я здесь.
Между встреч с Харисом, я нашла время написать ей пару строк. Она же в ответ сочинила почти роман про то, как они с Чипом проводят лето и ищут работу. А между строк оказалось упоминание о моей семье.