Обоз двигался довольно быстро и уже завтра они должны были увидеть море. С одной стороны это хорошая новость, значит, скоро будет и корабль, отплывающий в Элирию. С другой - а сможет ли она попасть на этот корабль?
Отец Ассикакий, правая рука настоятеля монастыря Схождения Светлой Максии, тот самый толстячок, которого Мила встретила на улице, вроде как проникся душещипательной историей нескладного детины, потерявшего и родителей, и жинку, и с этого горя решившего податься в послушники. И даже методично, всю дорогу рассказывает рябому мужичку о деяниях Светлой Максии, тот конечно слушает его с раскрытым ртом. Так удобно - даже если зевнешь, не шибко заметно, да еще и усы с бородой прикрывают. И все же всякое могло случиться, Мила на всякий случай на груди у нее была спрятана маленькая скляночка с оборотным зельем.
В Стограде ее уже наверняка ищут, все-таки третий день пошел, как они оттуда выехали. Остается надеяться, что на Грая подумают хотя бы не сразу. Лучше бы вообще не подумали, ведь они так старались, но нужно быть реалисткой. Хоть бы он что-нибудь соврал, когда его будут допрашивать...
Мила сердито тряхнула головой, отгоняя дурные мысли. Вдруг впереди послышались какие-то крики и подводы стали останавливаться одна за другой. Мила тоже натянула вожжи и привстала, чтобы лучше было видно. Неужели разбойники?
Церковный обоз был небольшим - всего четыре груженных подводы со всевозможной утварью, тканями, одеждой и прочей ерундой, одна - с едой и двенадцать человек охраны, из них четверо - стоградская стража, приставленная королем. Не так уж и много для таких богатств. Одна валльская банда тоже так в свое время подумала, обоз тогда удалось отбить, но до Стограда добралось только восемь из пятнадцати служителей.
Мила осторожно нащупала Шеду, припрятанного тут же с краю.
- Брат Натасий, что там? - окликнул своего помощника отец Ассикакий, как обычно сидевший рядом с девушкой.
- Странники! - крикнул в ответ брат Натасий, спеша к своему патрону. - К нам просятся.
- Да что им тут у нас медом намазано, что ли? - ворчливо бормотал отец Ассикакий, сползая с телеги.
- Так ведь у нас все равно людей не хватает, а эти вроде как ребята крепкие, только больно потрепанные.
- Разбойники, что ли? - нахмурился Ассикакий.
- Ветераны, - уважительно протянул помощник. - Один седой совсем, у другого глаза нет, а третий с одной рукой остался.
- Зови сюда, - властно бросил правая рука настоятеля. - Да стражу прихвати, пусть оружие наготове держат.
Когда странников привели к отцу Ассикакию, Мила едва с телеги не упала. Пред светлы очи святого отца предстали первый советник Орры, Главный придворный маг и советник Высокого Леса и наследный принц Невера. Грязные, изможденные, в старой, потертой одежде. Эрионель - с широкой повязкой через все лицо, Лессандр - с одним болтающимся рукавом, вторую руку видимо подвязали, Грай вообще сдыхоть. Мила даже губу прикусила, чтоб не засмеяться.
- Святой отец, - начал Лесс, пряча клыки в пышной накладной бороде с усами. - Мы просим принять нас в лоно церкви, ибо уверовали в силу Светлой Максии.
Ассикакий с сомнением хмыкнул. Тогда запричитал одноглазый:
- Святой отец, мы чудом спаслись после страшной бойни у Каменного пояса. Полчище нежити напало на наш отряд, патрулировавший границы, только мы сумели выжить. Тогда-то и поверили мы в безграничную силу Максии. Ибо она накануне явилась одному из нас и сказала, чтобы мы ни в коем случае не шли через ту пустошь.
- Я рассказал об этом видении командиру, - вновь подхватил однорукий, - но он не послушал и все-таки повел нас вперед. В жизни не видел ничего страшнее, они вылезали отовсюду, и казалось, не будет им конца. Тогда мы взмолились Максии, и она ниспослала на них град и молнии.
Третий "ветеран" упорно продолжал молчать, по-видимому, изображая еще и немого.
Королевская стража с сомнением переглянулась, кто-то даже покрутил у виска. Но помощник настоятеля, не меньше них сомневавшийся в нормальности этой троицы, неожиданно воскликнул:
- Это чудо, братья!! Светлая Максия явила нам знак! Послала нам своих воинов, когда мы в них так нуждаемся!! Так воздадим же ей благодарность!
Все молитвенно сложили руки, Лесс, за не имением видимой пары, изобразил самое благостное выражение лица. Еще чуть-чуть и у самого нимб засветится. Затем Ассикакий усадил всех троих на Милину телегу, а сам вместе с помощником удалился, однако оставив стражей.
Обоз вновь тронулся, колеса натужно заскрипели, Дымка недовольно всхрапнула.