08.09.76. Блядь, и больно же было! Порола Нинкина сестрица долго и больно, я орал и грозил зарезать, но эта сссука молоденькая была непреклонна — пока не выдохлась, все стегала и стегала. Зато потом Нинка удалилась, а ейная сестра напрямую предложила: "делай, грит, дядя Сережа, со мной все, что хочешь!" Ну, тут, я, бля, её выебал — ваащще! До упора! Раздел догола, тока лифчик оставил, чтоп сиськи торчали, привязал в позе раком, и того, ииииэээээх-!!!! Сначала плеткой порол (как верещала, сссука!), потом вставлял елдо, наслаждаясь воплями (она орала, што целка), потом повторял…. Иииииэх! Иииииэх! Иииииэх! Пять раз кончил, ей богу! Хороша, сучонка младая! Жопка так и играет в руках! ОООООО!!!
оооо…
2 часа спустя: што удивительно, мозги прозрели (вернее — прогорели) — я понял — парашей увлекся!!!!!! Не то!! Не то, ебена мать, НЕ ТО!!!!!!!!!!!!!!!!! Что мне эта музыка? Надо Портал Миров делать! Только вот нет идеи, сути самой — а без этого никак.
07.11.76. Вроде как праздник ныне, — Седьмого Наебли!" И кого наебли? Леньку? Очередного уёбка-генсека? Да он и так пока жывой, хотя зря! Но што непонятно — хоть музыка с моей антенны меняется, но нет ни демонстрации, ни парада. Че за хуйня? Што у них там — револьюшен приключилась? А шшто, пора бы!
Вепрев еще раз листанул сочинение Бусыгина и коротко зацепился за несколько фразах.
10.03.77. С Порталом вроде подвинулось. Тут такая мысль: если в критической точке свойства материи разопределяются, то можно, вступив в эту область, перейти в иной мир, у которого определены нужные свойства. Как то так…
11.04.77. Как создать доступную извне критическую область пространства? В трехмерном пространстве технически — никак. Но можно попробовать плоское пространство, например, пленку Лэнгмюра. Там при сжатии монослоя есть критическая область, только двумерная. Может, надо только стабилизировать пленку и натянуть ее на весь портал? Муть какая то… Пойду Нинку ебать — может, развеюсь.
Шурик заглянул в конец дневника. Там было уже что-то более понятное для него.
14.08.91. Сегодня блять в Пулково был… Хотел слетать домой¸ блять, но ни хуя… нет карасина, вишь ты. Вот блять!!!! Аще! Зато пока курил на ступеньках к Пулкову видел мужичка — едрена мать, какая масть! Весь в прикиде от Версаче, в руках — несессер, о…о… Пояснял мужычку чуть постарше — я де Иван Иваныч в Стокгольм лечу, железо продавать… Эх, ебись ты в рот, а я то, я — тупой совок, над дерьмом парюсь, блять!
— Точно, белка, она, — подумал Вепрев и листанул тетрадь до конца. Там обнаружилась какая-то необычно длинная запись на целую страницу, и относилась она уже к последним лихим временам демократических конвульсий Российской истории:
24.11.1996. Все, решил уйти. Надоело все, нахуй, право, до смерти — и вот она — СМЕРТЬ, РОДНАЯ, пришла, родимая, наконец-то… А впрочем, пойду, для начала, водки приму… Как там в песне: "Вот те крест, што я завтра повешусь….. А сегодня я только напьюсь…." Вот и я… Институт наш разогнали, здание продали какому-то Опанасенко. Ну а тот — нагнал с Украины блядей целый батальон, устроил бардом. Правда, мужик не без понятия: всех ученых людей к делу приставил — мужиков в охрану, баб в уборщицы или, ежели посисястее — в стриптиз. Жить можно…
Далее следовал текст, от которого Вепрев охренел.
Манифест инженера Бусыгина
27.11.1996. Да, ухожу нахуй… Спокойно, спокойно, Бусыгин, все будет олл райт! Да заебись эта, бля, демократья в рот, задохнись от спермы в глотке и передоза водки, тока дайте уйти спокойно! А потом — хоть сдохните все поголовно, уёбки! Меня же все идиотом сумасшедшим считают, шарахаюцца, бля, при встрече, сссволочи, ссуки рваные, педорассы хуевы!
— Охуеть… — подумал Вепрев, повертел тетрадь в руках, и уже собирается было выкинуть ее, как вдруг из тетради выпал здоровенный ржавый ключ необычной формы. Шурик лениво поднял ключ с земли и повертел в руках, размышляя, откуда он взялся. Полистав тетрадь, он дошел до задней обложки и обнаружил, что к ней кем-то прилеплен кусок скотч-ленты, над которым и красовалась надпись: «Тому, кто найдет этот ключ. Прочти последнюю запись в моем дневнике, а там — как знаешь». Видимо, ключ был приклеен скотчем, а сейчас оторвался и выпал.
Экс-математик не был лишен любознательности и решил сохранить находку. Тетрадь, свернутую в трубку и ключ он сунул в карман, и направился было в свою казенную берлогу однако тут же во двор с грохотом вкатился мусоровоз. Подождав, пока похмельные и злые мусорщики вывалят в бункер отходы жизнедеятельности и умотают восвояси, Вепрев подмел рассыпанный мусор и отнес тетрадь и ключ в свою конуру.