Пройдя длинный коридор, очищенный от Оболочек, молодые люди с опаской приблизились поближе к твари на троне.
— Здравствуйте, — вежливо поприветствовал хозяина Вепрев, — мы тут это… мимо проходили…
В ответ Опохмел только весело заржал, сотрясаясь от хохота. Отсмеявшись, Великий Бог почесал спину клешней, налил полный стакан, размером с ведро, водкой из бутыли, и залпом опрокинул в пасть. Вслед за тем он, не глядя, схватил Животрепетную Душу первого попавшегося страдальца и миром отправил в свою бездонную пасть. Швырнув пустую оболочку своей напарнице, он рокочуще отрыгнул, и доброжелательно спросил пришельцев:
— А че надо-то?
— Нам бы кувшин отнести, вот… — Шурик показал хозяину Бездонный Сосуд, в котором тяжело плеснуло Время.
— Как же, как же… — понимающе кивая башкой, ответила тварь, — небось, племяшу моему, Педриле, опять понадобилось?
— Ага… — робко встряла в разговор Машка, — только там еще дракон был, ну, такой, с тремя головами…
Великого Бога Опохмела передернуло, как будто он вспомнил что-то крайне отвратительное, но он промолчал, только принялся задумчиво ковырять в огромных зубах клешней на своем хвосте, от чего по залу стал отчетливо разноситься скрежет. Так продолжалось пару минут — видимо, тварь размышляла.
— То-то я вижу, свежие людишки подходить почти перестали, — наконец изрек хозяин, вытащив хвост из своей крокодильей пасти, — вы там, чай, все Время выцедили?
— Ага, — виновато ответил Вепрев. — Но мы не зна…
— А-а-а-а-а… — протянул хозяин, — тогда понятно… — ну, да мне-то ваще по хуй, — равнодушно сообщил он, махнув рукой. — Уа-а-а ха-ха, — хозяин зала широко зевнул во всю крокодилью пасть, и радушным тоном предложил парочке:
— Выпить не желаете? Так сказать, за компашку?
Вепрев судорожно глотнул, и, взглянув на испуганную Машку, хотел было отказаться. Однако хозяин, не дожидаясь ответа, своей клешней ловко подцепил откуда-то сзади себя пару граненых стаканов, на ходу набуровил в них жидкость из бутыли, и протянула Вепреву и Маше. Не смея отказаться, младые люди робко приняли тару из клешни, нависающей над ними, словно ковш экскаватора, и стали молча ждать продолжения.
— Да вы не стесняйтесь, чай, не цэлки, — снова заржала тварь, видя смущение нежданных гостей — подходите поближе, примем на грудь. А потом я вам кое-что растолкую.
Сладкая парочка несмело приблизилась к трону, держа стаканы на отлете, чтобы не разлить. Проходя мимо бочки, Шурик не удержался, и глянул вверх. Ничего особенного он там не увидел — там, на высоте потолка, голубело выходное отверстие трубы, а до ушей экс-математика донеслась сладкозвучная мелодия арф, правда, из-за завывания ветра она была почти не слышна.
Засмотревшись, Вепрев споткнулся и чуть не упал, но Машка, вцепившаяся ему в локоть, удержала приятеля, и они благополучно приблизились к трону.
— Нуте-с, батеньки, за знакомство, — поднял свою тару хозяин. — Меня Опохмелом кличут, чтоб вы знали. Я — Великий Бог! — поднял он палец, — Усекли? — Шурик и Машка дружно кивнули, — То-то. А про вас я и так все знаю.
— Откуда? — робко выдавила Машка.
— От верблюда, — заржала тварь. — Значицца так, от Божественной Чаши отказываться нельзя, так што пить по полной, до дна!
С этими словами Великий Бог Опохмел закинул в пасть ведро водки, схватил, не глядя, первого попавшегося человечка из очереди, и употребил его целиком вместе с кульком. Со стороны гадюки донеслось недовольное шипение, на которое, впрочем, Опохмел не обратил ни малейшего внимания. Молодые люди робко пригубили жидкость. Пойло, которым их угощал Опохмел, явственно отдавало керосином, но в целом оказалось сносной водкой, и они решительно выпили свои дозы. Вепрева и Звереву, толком не евших уже несколько часов, сразу начало развозить.
Великий же Бог Опохмел, приняв дозу, благодушно сложил ручки на толстеньком животике, и пустился в пояснения.
— Значицца, так. Особо подчеркну — мне ваще реально по хуй, что вы там все Время сбондили, не моя это проблема. Но! — Опохмел задрал палец, — имейте в виду, что в вашем мире тоже все реально стопорнулось. Усекли? — Опохмел насмешливо глянул на молодых людей. Видя, что они ничего не поняли, Опохмел вздохнул, и принялся растолковывать.
— Сами понимаете, если нет Времени — ничего нет ваще. Писец всему реальный. Так што вам щас в свой мир возвращацца — без понтов. Абзац ему конкретный.
— И что же теперь делать? — тупо спросил Вепрев, чувствуя, как у него слабеют ноги от мысли, что не видать ему больше как своих ушей ни Питера, ни Васильевского, ни пивка в заведении тети Нади, ни знакомых, ни друзей — ничего.