Так они бежали минут десять, пока не начали задыхаться, ведь свежему воздуху просто неоткуда было взяться. Вепрев начал опасаться, что стена так и не кончится, но упрямо продолжал бежать вперед. Машка зажмурилась от страха и не отпускала руку Шурика, а жывотновод Семенов просто в открытую начал паниковать, отчего постоянно подвывал и запрыгивал на впереди бегущую бабенку, наступая ей на пятки.
Наконец, после очередного рассечения ключом каменной преграды, расселина внезапно вывела их в какой-то низкий и полутемный тоннель. Молодые люди выскочили из душной каменной капсулы и попадали на пол, тяжело дыша после пробежки в страшной духоте. Отдышавшись, все приняли сидячее положение и принялись оглядывать место, куда их занесло на этот раз. Как оказалось, они попали в низкий и узкий туннель, оба конца которого вели в непонятный мрак, слегка разгоняемый масляными светильниками, воткнутыми в расселины здесь и там.
— Где это мы? — прервала, наконец, молчание Машка.
— В каком-то тоннеле, надо полагать, — с сомнением в голосе ответил Шурик и неожиданно повернулся к многострадальному доценту Семенову. — Слышь ты, доцэнт, сгоняй-ка на разведку, узнай чо там и как.
— Я уже ходил в газведку, больше не пойду, — заблажил тот, но, увидев перед носом волосатый Вепревский кулак, тут же передумал: — ну хогошо, хогошо, схожу, тока сначала пгиму на ггудь для хгябгости! — И Семенов щелкнул ногтем по бутылке, которую пронес невредимой сквозь скалу.
— Кстати, всем гекомендую — угощайтесь, — радушно пригласил он коллектив, — только вот стакана нет, пгидется из гогла. — А закуски почти целая банка, даже с вилками.
— Молодец, наука, похвалил Шурик, — принять и закусить — самое оно после таких мастурбаций! — и, схватив огромную бутыль, дворник Вепрев всосал три огромных глотка — по опыту он знал, что это соответствует трети поллитровки.
— Ииии-эх, — выдохнул Шурик, оторвавшись от сосуда с живительной влагой, — хорошо пошла! Нектар Богов! — И, интеллигентно обтерев горлышко об рукав замурзанной куртешки, математик передал бутыль Галине, а сам вытащил вилку, торчащую из ведра с закуской. На зубцы вилки был наколот здоровенный ломоть чего-то, похожего на ломтик сардины-мутанта. Без малейшего колебания Вепрев откусил от ломтя половину и прожевал.
— А ничего, — заявил он компании, наблюдавшей за ним с жадным любопытством, — вполне съедобно и даже вкусно!
После этих слов вожака компания дружно навалилась на холявную жратву и бухло, а поскольку все были голодны и взволнованы, через пять минут бутыль и жестяная банка опустели. Довольные жизнью, сытые и пьяные путешественники привалились к стенкам туннеля и принялись трепаться.
— А вы кем будете, мадам? — обратился Семенов к бабенке, примкнувшей к компании в пещере Папика.
— Я-то? Ну, я кандидат биологических наук, зовут меня Галина, можно просто Галя, — начала отвечать та, будто бы заполняя анкету в бюро знакомств, — раньше я была средним научным сотрудником в НИИ Нанотехнологии имени академика Онотолля Чу Бакса, и занималась производством, так сказать, волшебного препарата БРИКАЛАН…
— Чего-чего? — недоуменно перебила Машка.
— БРИКАЛАН, как он там расшифровывается… ну, этот, ой, мозги зашкалило, извините бога ради, ах, да — БРИкетированный КАЛ Академии Наук. Вот.
— Фу, какая гадость… — брезгливо сморщила носик Зверева.
— Ну, не скажите, милочка. Между прочим, препарат безмерно повышал урожай пасленовых культур. Так, на чем бишь я там остановилась? Ах, да, ну так вот… значицца, когда началась эта эпоха демократии, чтоб ее… — Галина громко выматерилась, — академикам кушать стало нечего, и сырье для БРИКАЛАНА исчезло.
— Академики срать перестали от безденежья? — развеселился Шурик.
— Ну да! — продолжала рассказывать горемычная кандидатша, не обращая внимания на веселье Вепрева, — Производство БРИКАЛАНа нам пришлось свернуть. А тут и сокращения пошли, работы как таковой уже не было, денег у института тем более, вот и выкинули меня за ненадобностью, — Галина зашмыгала носом, переживая вновь неприятные моменты жизни.
— А дальше что? — спросила заинтересованная Машка.