— Ну што, очухался? — послышался откуда-то сбоку ехидный голос старикашки Бусыгина.
Вепрев обернулся на голос, и увидел трезвого, как стеклышко, старикашку, как ни в чем не бывало стоявшего на ногах. Он хотел было уже спросить, куда они попали, и почему они оба протрезвели, но в этот момент его внимание отвлекли грохот и сдавленные женские вопли за спиной. Вепрев повернулся к звуку, да так и застыл, раскрыв рот от изумления, ибо открывшееся зрелище было точно не для слабонервных.
Он и старикашка находились в обширной круглой пещере, метров, наверное двести диаметром, с неровными стенками, будто кое-как вырубленными кайлом в скале. По периметру пещеры стояли какие-то здоровенные статуи, но Вепрев глянул на них только мельком, ибо его основное внимание поглотило колоссальное сооружение в центре зала. Там покоился огромный каменный круг, вроде жернова, толщиной он был с метр, диаметром метров сто, а в середине этого жернова темнело небольшое углубление, вроде чаши. С высокого свода пещеры свешивалась толстенная гофрированная кишка, плавно загибающаяся внизу до края "жернова". Приглядевшись, Вепрев обнаружил, что это не шланг, а огромный червяк, вроде дождевого, верхний конец которого скрывался в дыре в потолке.
Сейчас в верхней части червяка находилось утолщение, которое, интенсивно трепыхаясь и издавая пронзительные женские вопли, стремительно опустилось до самого низа. Тут же жернов начал крутиться, издавая жуткий скрежет и грохот, а из нижнего, заостренного конца червяка, касавшегося края крутящегося круга, начало выдавливаться тонкой струйкой белесое содержимое. Благодаря трепыханиям «шланга» острый кончик хвоста червя непрерывно колебался, благодаря чему выдавливаемая нить выкладывалась на круге неровным зигзагом. Одновременно по мере выдавливания содержимого длина червя уменьшалась, и выдавливаемая дорожка приобретала форму туго скрученной спирали. «Вроде бороздок на грампластинке», — мелькнуло в голове экс-математика.
Наконец, спустя несколько минут, выдавливание нити прекратились, и червяк уполз в свою нору в потолке. На поверхности крутящегося жернова осталась только длиннющая спираль, выписанная зигзагообразной нитью, выдавленной из червя. Внезапно эта спираль полыхнула ярко-красным цветом, затем красный свет медленно затух, а темно-серая спираль стала ярко-зеленой и светящейся, словно неоновая реклама. Шурик обратил внимание, что теперь эта спираль словно стала живой тварью, извивающейся на поверхности желоба.
Тотчас же, несмотря на продолжающееся вращение жернова, спираль начала втягиваться в небольшое углубление в центре «жернова», словно змея в нору, и тут же из углубления начала появляться сначала голова, затем туловище, и наконец ноги Машки. Едва девица появилась целиком, как центробежной силой ее швырнуло на крутящийся круг и Зверева с визгом покатилась по нему прямо к краю. Вепрев бегом кинулся на подмогу, и едва успел подхватить подругу, не дав ей упасть на пол. Придержав Звереву, он дал ей отдышаться, и, наконец, отпустил. Машка открыла глаза, огляделась и тут же испуганно спросила:
— А где кино? Ой! Саша, где мы? Как мы тут очутились? А что это по стенкам?
— Погоди, мать, щас разберемся, — авторитетно ответил Вепрев и принялся осматриваться.
Действительно, по периметру пещеры виднелись какие-то барельефы, изображавшие какие-то страшненькие фигуры не то людей, не то зверей, на фоне пустынного пейзажа с редкими горками и оврагами. Но отнюдь не это поразило экс-математика, а темневший в гранитной стене портал — капитальную кованую конструкцию размером с гаражные ворота. По всей поверхности ворот торчали не то винты, не то заклепки, но никаких замков и рукояток не наблюдалось.
Но больше всего поразила экс-математика ржавая вихлявая конструкция, торчавшая напротив портала. Вепрев припомнил, что такая же штука использовалась моряками во времена царя Петра Первого для подъема якоря, и называлась кабестаном. Здесь же назначение этого кабестана оставалось неизвестным.
Оторвавшись от созерцания этой дивной конструкции, Вепрев бегло осмотрел остальную пещеру. Там его взгляд привлекли два туго скрученных рулона высотой под портал, стоявшие в противоположном от врат конце. Рулоны эти были диаметром метра по два, а высотой с ворота, и более всего походили на туалетную бумагу для великанов.