— Акт гуманизма! — заявил он компании, и громко заржал от хохота.
Еще через сотню метров внимание новоявленного божества привлекла машина, похожая на огромную шашлычницу, в которой крутились уже подгоревшие крысоиды, насаженные на шампуры. От машины мерзко воняло горелым мясом и дерьмом, и Вепрев предпочел, не задерживаясь, торопливо прошагать мимо.
Наконец, далекая в начале водокачка, постепенно выросла в колоссальную башню, сложенную из красных кирпичей, кое-где вывалившихся, но все еще внушающую почтение своими размерами. Внизу водокачки виднелась небольшая железная дверь, а с противоположной стороны торчала толстенная труба, из которой в мутный ручеек изливалась тонкая струйка слегка опалесцирующей жидкости, вроде той, что Вепрев видел в пещере под Эрдрумом. Но самым поразительным была черная стена мрака, тянущаяся во все стороны, сколько было видно. В том месте, где она близко подходила к Водокачке, виднелась огромная рваная дыра, слабо светящаяся по краям. Из дыры истекал небольшой ручеек, на берегу которого уныло лежал вместительный катер, зачем то привязанный к колышку на берегу. На противоположной стороне ручейка стоял столб, с которого торчали два толстенных кабеля, утыкающиеся в черную стену. Все это место навевало благоговейный ужас перед мощью неведомых сил, сотворивших этот мир.
— Ну, ладно, налюбовались! — сказал Вепрев, вдоволь насмотревшись на пейзаж, — я пойду, по-быстрому солью Время, а вы подождите.
И доблестный математик, взяв двумя руками Бездонный Сосуд, пинком отворил железную дверь и принялся подниматься по крутой винтовой лестнице. Верная подруга Машка вскрикнула: «Ой, Саш, и я с тобой!» и бегом последовала за ним, тревожась за приятеля, на что Вепрев просто не обратил внимания. Для бывалых путешественников подъем оказался пустяковым — уже через пяток минут они вышли в обширное помещение вверху водокачки. В центре его находилась воронка диаметром метров в пять, в устье которой торчала зубастая пасть какой-то ужасной зверюги. Над воронкой клубился опалесцирующий пар, который, конденсируясь, стекал в пасть, которая жадно глотала эту гадость.
— Видать, это и есть фильтр, — с сомнением в голосе пробормотал Вепрев, — ты как, мать?
— Да, наверное, — равнодушно согласилась Маша, — а ты плесни в нее малость, посмотрим, чо будет»
— Точно! — согласился Вепрев, — опыт — царица доказательств!
С этими словами, недолго думая, Вепрев плеснул в воронку вонючую жижу из Бездонного Сосуда. Стекая по стенкам воронки, она достигла жаждущей пасти в центре фильтра. Тотчас раздался утробный рев и тварь жадно, с хлюпаньем, засосала эту дрянь. Закончив, зверюга высунула голову из воронки и уставилась на сладкую парочку парой немигающих глаз размером с блюдечко. Осмотрев молодых людей, голова удовлетворенно кивнула, и из огромной зубастой пасти послышался хрип, в котором можно было с трудом разобрать:
— Еще! — и тварь снова опустилась в воронку.
Вепрев, которому уже до печенок надоело таскать тяжеленный Бездонный Сосуд, наклонился над фильтром и, перевернув Сосуд горлышком вниз, принялся сливать Жидкое Время. Пасть принялась взахлеб заглатывать эту дрянь, мерзопакостно воняющую испражнениями, и вскоре снизу башни послышался шум, как от мощного водопада.
— Маша, глянь, че там шумит, — попросил Вепрев подругу. Машка подошла к узкому окошку и выглянула наружу. Там виднелись три крошечные фигурки Бусыгина и Галины с Семеновым, смотрящие куда-то на заднюю сторону водокачки и оживленно жестикулирующие. Маша подошла к окошку напротив и увидела, что из ржавой трубы внизу башни мощной струей истекает прозрачная, слегка опалесцирующая жидкость, которая вливалась в ручеек, превратившийся уже в самую настоящую реку. Неподалеку на волнах покачивался катерок.
— Время пошло, Саша, — улыбаясь, сообщила Маша приятелю, — у тебя руки не устали? Давай я подержу!
— Да ну, че тут стоять столбом, — отказался Вепрев, — мы щас оптимизируем процесс!
С этими словами Вепрев широко размахнулся и швырнул Бездонный Сосуд прямо в пасть чудищу, которое его мигом заглотило и принялось жадно сосать как леденец. Вепрев и Маша приникли к окнам и принялись наблюдать за последствиями. На их глазах поток жидкости внизу усилился до того, что река начала выходить из берегов, подступая к Водокачке.
— Щас поплывем, — буркнул Вепрев, — видать, в сосуде этом в самом деле все время упаковано было!
— Это что, ты посмотри, что там делается! — откликнулась Машка, указывая пальчиком на место, откуда они вошли в Адскую долину.
Действительно, посмотреть было на что. Из входа в Ад начала густо валить огромная толпа новоприбывших лохов, а вниз по Райской лестнице плотной стеной спускались Крысгвардейцы, гнавшие перед собой гигантскую толпу удравших от расправы грешников. На головах этих крысоящеров красовались форменные морские бескозырки с золотой надписью «Крысгвардия». За гвардейцами плотной толпой спускались крысоящеры-экзекуторы, идущие на замену истребленным собратьям. Согнавши всех лошар в Адскую долину, крысоящеры принялись хватать людишек и бегом растаскивать их по работающим вхолостую карательным машинам. Тотчас по всему аду возобновился утробный рев и вой страдальцев, и жизнь в Адской Долине потекла своим чередом.
— Да уж, от кармы не уйдешь! — философски прокомментировал Вепрев происходящее, и крикнул вниз Бусыгину и парочке животрупов, отступивших от прибывающей жидкости к самой башне:
— Эй, вы там! Подымайтесь! Утонете!
Те не замедлили воспользоваться приглашением и вскоре присоединились к Вепреву и Машке. Войдя в фильтровальную, новоприбывшие быстро огляделись, и доцэнт-жывотновод деловито спросил:
— И что дальше?
— Ждем-с! — коротко ответил Вепрев, — пусть вода сойдет, тогда и решим, че делать!
Все расселись, и, привалившись к стенкам, с наслаждением вытянули натруженные ноги.
— Господа! — внезапно предложил старикашка Бусыгин, — не пора ли нам накатить и закусить? Кто «за»?
«За» оказались все, и, достав из мешков бутылки московской и банки бычков, оголодавшая компания стала жадно наверстывать упущенное.
— За сбычу мечт! — провозгласил Вепрев, подняв откупоренную поллитру, и, чокнувшись с коллективом, мигом, не переводя дыхания, отсосал из нее мало не половину. Прочие последовали примеру вожака и все принялись закусывать бычками в томате, легко вскрывая банки с помощью ногтей. Видимо, близость Ада не прошла бесследно, и путники медленно, но верно начали превращаться в демонов. Первым на это обратил внимание Семенов:
— Господа! Да мы же нынче уже в кгысоидов начали пгевгащаться!
Все посмотрели друг на друга. В самом деле, у всех уши заметно удлинились, а на пальцах выросли острые и прочные как сталь коготки.
— Этак, скоро и хвосты отрастут, — с испугом сказала Маша.
— И черным волосом покроемся, — добавила Галина, — бррррр….. какая гадость!
— Не ссыте, юноши, это пройдет! — успокоил разволновавшийся коллектив старикашка Бусыгин, — вон у Маши Фиал Вечности есть, хлебнёте по глотку — как рукой снимет!
— Ладно, за это — еще по одной, — провозгласил Вепрев, — вперед!
Коллектив допил то, что еще оставалось в бутылках, и все стали молча прислушиваться к своим ощущениям. Нельзя сказать, что они были неприятны — напротив, все чувствовали прилив сил и бодрости, исчезли все ссадины, ушибы и прочие последствия скитания по Загробному Миру.
— Господа! — вдруг воскликнул доцэнт-жывотновод, сняв очки и разглядывая окружающую обстановку, — да у меня близогукость пгошла! С детства была, а сейчас — нет!
— Мда…. чудеса! — протянул Вепрев, не зная, что сказать, — ладно, посмотрим, че там и как.
С этими словами он поднялся и прошел к окну. Наводнение уже закончилось, Жидкое Время опало, и под водокачкой текла ровная спокойная река. Тут же Вепреву снова пришла в голову гениальная мысль: