Капитан кончено же ничего не понял. Ему не известно о том, что двое основных подозреваемых это мой возлюбленный Фрай и мой бывший напарник Финиас. Сейчас, после этого преступления, Мотылек словно оступился. Использовать поведение людей в своих целях, специальных детективов обучают этому. Это почти 75 процентов перевеса в сторону Финна. Для меня прямая улика, мотылек знает, что любая его ошибка, для меня это уже нитка за которую, если дерну, я распущу весь клубок…. Мотылек знает это, и поэтому допустить такую ошибку с его стороны это досадная оплошность.
Пока я допрашивала миссис Аберот, дождь кончился, я села в машину к Ролло.
— Джульетт, что случилось, на тебе лица нет?! — сказать ему или нет…? Ведь так хочется хоть кому-то рассказать о том, что мучает. Узнает Фрай или нет, какая уже разница? Слишком поздно…. Нет, отчаянно и безнадежно поздно…. Наступает время, когда уже ничего нельзя исправить, ничего нельзя изменить…. В голове стучали лишь ее слова «Я закончу твои желания, даже если ты уже уйдешь, в память о том, сколько пользы ты принесла мне….» У меня и правда закончились силы, сегодня был последний раз, когда я могла сдержать натиск пробуждающейся энергии. Внутри меня все обгорело, все выжжено, мне предстояло задуматься теперь уже о том, какую жизнь я провела? Решить все для себя и попрощаться с Фраем. Потянувшись к Ролло, мне захотелось его обнять, будто бы он был моим ребенком. Желанным ребенком, которого я могла родить Фраю.
— Ролло, мне…. Знаешь вся моя жизнь сплошной самообман. Ложь становилась правдой, потому что мне приходилось в нее верить. От того сказать сейчас даже кусочек правды для меня — тяжело….
— Не говори так…. Не все было обманом. Ты наш друг и мы не бросим тебя, и я готов услышать любую правду. Ведь для этого и нужны настоящие друзья, согласна? — он излучал теплоту своей души. Он искренне делал то, что мне приходилось изображать, за неимением собственного опыта.
— Да уж, пускай и ненадолго, но настоящие друзья у меня были, ты прав….
— Мы и будем! — упрек, он упрекал меня, за то, что я не верила в будущее. Но как верить? Если правда, что его уже нет, так очевидна….
— Я не знаю Ролло….
Хотелось мне сказать — «Дело в том, что мне осталось жить всего пару дней….». Но, я не скажу. Вместо этого мне оставалось лишь крепче прижать его к себе, услышит ли он последние вздохи моего сердца?
На обратной дороге к вилле, мозг напряженно оборонялся от ударов печальных мыслей…. Мотылек не просто так совершил эту ошибку, это может быть ловушка для моего расследования. Такой гениальный убийца не мог проколоться на такой чуши…. А это значит, что идея с возможностями детектива в убийстве была подкинута, радо того, чтобы вызвать у меня ложные подозрения. Больше всех это убийство было на руку — Фраю.
Всю ночь я бродила в пустоте своих кошмаров. Видела сон о четвертом убийстве. Любимый Мотыльком способ — инициация самоубийства. Мне оставалось жить всего несколько дней…. Главное, что хотелось бы успеть, это повидаться с Луцием, и попрощаться с Фраем и остальными…. Ведь остальное обещала закончить…. Она — бессмертное, самое разумное животное в мироздании. Медиумы — вершина эволюции всей материи, наверное, так считал сумасшедший Архимаг, который сам познал Источник Всезнания….
Медиума можно уничтожить несколькими способами. Медиум может умереть, если не будет кормиться долгое время, уровень его духовной энергии упадет до нуля и медиум погибнет. Медиум может умереть, если одновременно убивает и себя и носителя договора. Медиум, обладающий более мощным даром, соответственно может уничтожить более слабого или «спящего» медиума, высосав всю энергию противника. Медиумы могут быть каннибалами, и пожирать духовную энергию сородичей, чтобы стать сильней.
14
Завтра могло измениться в любую минуту. Сегодняшняя «я», и следующая «я», проснувшаяся в завтрашнем дне, уже может быть другой. Приняв все, осознав и подготовившись духовно и морально, каждый день стал томительным ожиданием. Чтобы понять себя мне нужно были лишь разобраться в своих желаниях. Да, я желала быть с Фраем, желала его любви, его мира и будущего…. Будущего, которое он мог бы дать. Так могло бы быть…. Но меня лишили спокойной человеческой жизни. Не отрицаю, что пережить смерть родителей можно было…. Не такая уж и одинокая меня ждала перспектива жизни. А боль принимается как данность, к ней я привыкла еще с детства. Я же предпочла не сражаться с реальностью. Возвыситься над невзгодами судьбы, стать сильнее, независимее, еще более свободной. Погрязнув в страшном грехе, в погоне за силой и истиной, я уничтожила свою душу-человека и…. И пробудила «другую себя» — мощную нечеловеческую личность Бога Смерти. Желание стать «той» Джульетт — алчное, эгоистичное, разъяренное, оно просто утопило невинное и светлое желание «будущего Фрая».