Яркий свет без свечей и газовых рожков.
Холодильник (она догадалась только по бутылкам внутри).
На стене — плоский экран с застывшим изображением (телевизор?).
— Садитесь, — Дэниел указал на диван. — Я приготовлю чай.
Пока он возился на кухне, Виктория разглядывала полки. Книги по истории. "Викторианская Англия: повседневная жизнь". Альбом с фотографиями старого Лондона.
— Вы изучаете XIX век? — не удержалась она.
— Да, я пишу диссертацию, — он поставил перед ней кружку. — О социальных протестах в вашу... то есть, в викторианскую эпоху.
Они замолчали. Чай оказался ужасным — каким-то фруктовым, без молока и сахара.
— Так кто вы на самом деле? — вдруг спросил Дэниел. — Потому что...
Он достал её ключ, который незаметно поднял, когда она роняла телефон.
— Это викторианская работа, около 1860-х. А ваш акцент... вы говорите на английском, который уже полвека как мёртв.
Виктория почувствовала, как пол уходит из-под ног.
— Я...
В этот момент ключ в руке Дэниела вспыхнул синим.
Где-то за окном прогремел взрыв.
Глава 3: Тени прошлого
(1875 год, поместье Локвуд, кабинет лорда)
Леди Локвуд стояла перед разгромленным секретным шкафом, сжимая в руках керосиновую лампу. Её тень, огромная и зыбкая, плясала по стенам, смешиваясь с тенями фамильных портретов.
— Где она... — шёпотом проговорила она, перебирая разбросанные по полу бумаги.
Дневник. Она искала дневник мужа.
Внезапно её пальцы наткнулись на кожаную обложку, спрятанную под потертым ковром. *"Эдвард Локвуд. Экспериментальные записи. 1868-1875"*.
Первая страница открылась с сухим треском:
"12 июня 1868. Грейвз был прав — Хронос существует. Они нашли первый Артефакт в руинах Вавилона. Если розы начнут цвести в обратную сторону, значит, разлом близко..."
Сердце её бешено заколотилось. Она лихорадочно перелистнула страницы, пока не наткнулась на чертёж: механизм из шестерёнок и зеркал, напоминающий одновременно часы и телескоп.
Внизу подпись:
"Машина времени — ключ к двери. Но каждая дверь требует жертвы. Прости меня, Маргарет."
Лампа выскользнула из её пальцев и разбилась.
— Лжец... — её голос дрожал от ярости. — Ты обещал, что никогда не задействуешь её.
Где-то в доме скрипнула половица. Леди Локвуд резко обернулась.
— Кто здесь?
Из темноты вышел Эдмунд. Его лицо было бледным, в руках он сжимал окровавленный платок.
— Мама... я видел... — он задыхался, — ...в саду. Там они.
— Кто?
— Люди с... с розами на ладонях.
Её кровь застыла. Хранители.
— Слушай внимательно, — она схватила сына за плечи, — ты побежишь в конюшню, возьмёшь самого быстрого коня и поскачешь к тёте Агате.
— Но Вики...
— Виктории здесь больше нет! — её голос сорвался. — И если мы сейчас не уйдём, нас тоже не станет.
Она сунула дневник в складки юбки и потянула его к потайной лестнице.
В этот момент в окно кабинета ударил град камней.
Стекло разлетелось, и в комнату влетела крутящаяся металлическая сфера с гравировкой в виде розы.
"Беги!" — крикнула она Эдмунду, толкая его в тёмный проход.
Сфера зависла в воздухе и раскрылась, как механический цветок. Из неё брызнул ярко-синий дым.
Последнее, что увидела леди Локвуд перед тем, как тьма поглотила её — отражение в зеркале.
Там, где должна была быть её голова, пылал чёрный цветок.
1875 год, подземелье неизвестного поместья
Леди Локвуд очнулась в сыром каменном помещении. Её руки были прикованы к стене массивными цепями, а в воздухе витал запах серы и железа. Перед ней, на грубо сколоченном столе, лежал раскрытый дневник Эдварда.
— Маргарет Локвуд, — раздался из темноты низкий голос с чужим акцентом. — Наконец-то мы нашли то, что вы украли.
Из тени вышел мужчина в чёрном костюме, лицо его скрывала серебряная маска с выгравированной розой. На ладони, которой он провёл по страницам дневника, красовался такой же символ — кровавый цветок, словно вживлённый в кожу.
— Украла? — она заставила себя усмехнуться. — Мой муж был дураком, но не вором.
— Ваш муж, — маска склонилась над чертежами машины времени, — нарушил договор. Артефакты Хроноса не для смертных.
Леди Локвуд дёрнула цепи:
— Где мой сын?
— Жив. Пока что. — Хранитель подошёл ближе. — Вы ведь знали, на что он способен? Эдвард не просто строил машину... он увидел конец.
Он перевернул страницу дневника. В углу была нарисована роза, пожирающая саму себя.
— Разлом времени, — прошептала Маргарет, вспоминая слова мужа. — Он говорил, что если их слишком много открывать...
— Мир рассыплется, как гнилое яблоко, — закончил Хранитель. — Ваша дочь сейчас в 2020-м. Она держит ключ, а ключ держит разлом. Убьём её — разлом затянется.