Заговоренный круг ее остановит, но если мы сами выйдем к ней на зов:
Кира прижалась к Середину и крепко вцепилась ему в локоть. Вторая ее ладонь лежала на рукояти маленького ножика, годного только на то, чтобы резать за обедом мясо и стругать щепки для костра.
Время шло. Олег бросал нетерпеливые взгляды на небо, надеясь увидеть первые признаки приближающегося рассвета, но напрасно. Костер уже окончательно осел, превратившись в груду играющих багровыми отблесками углей. В такие хорошо картошку закапывать или утку, обмазанную глиной. Но света они давали всего ничего.
- А ну, погодите! - Олег, спохватившись, кинулся к сложенным у огня вещам, схватил свой саадак, открыл колчан с луком, из сумки вытащил пучок запасных стрел, сдернул с них конопляную веревку. - Как раз перед походом купил! Посмотрим, на что мы с ними годимся.
Он снова вернулся к черте и недовольно покачал головой. Круг света все сужался и сужался. Это плохо. Очень плохо. Ох, Сварог-батюшка, не дай остаться в этих топях:
Пальцы удобно легли на рукоять лука, Олег взял стрелу и, полюбовавшись ею, наложил на тетиву.
Он не торопился, стараясь правильно выполнить каждое движение. Кольцо - на палец. Зацепить большим пальцем стрелу, удерживая его указательным и средним, наложить стрелу на тетиву, зажав ее в кулаке. Ведун навел широкий наконечник в сторону колышущейся массы, затаил дыхание, пытаясь прицелиться. Мавка то расцветала яркими огнями, напоминающими перемигивание светлячков, то наоборот застывала и казалась земной твердью. Несомненно, заблудившийся в болоте путник с радостью подумал бы, что это путь к спасению. Но нашел бы только страшную смерть в гиблой трясине. Впрочем, у путника не было бы с собой боевого лука и стрел, освященных самим Перуном.
Между тем мавка медленно приближалась, все время меняясь. И когда она в очередной раз вспыхнула огоньками, Олег резко, до самого уха, натянул тетиву и расслабил пальцы, выпуская стрелу. Та со звонким щелчком, разорвавшим тишину ночи, сорвалась с лука - и в тот же миг мавка взвыла и перетекла на более безопасное расстояние. Звук был такой, будто лопнул огромный пузырь. Но Олег не успокоился и снова выстрелил, отогнав нечисть еще немного.
- Может, ты его огнем спалишь? - тихо спросила Кира. - Как Велислав.
- Велислав, помнишь, ящера убить не смог, - напомнил Олег. - Только спугнул. А стрела богатырская достала. Мавка ночью колдовства не испугается. Чего зря силы тратить и Перуна тревожить?
И он взял из пучка новую стрелу.
Костер затухал, он благополучно сожрал все, что люди могли ему дать, и требовал еще. Нечисть опять начала подползать. Ведун натянул лук и снова выпустил стрелу. Но на этот раз тварь была готова. Мавка растеклась по земле мутной жижей, и стрела глубоко воткнулась в землю, не причинив ей вреда.
Кира нервно огляделась.
- Она учится, - пораженно пробормотал ведун. - Кто бы мог подумать, что у этой слякоти есть еще и мозги?!
Конечно, Олег был не прав. У нее не было и не могло быть мозгов. Но вот сознание - имелось. И достаточно сильное, чтобы подчинять себе окружающих. Ведун вдруг ощутил приступ удушья. Ему показалось, что кто-то сжал невероятно могучей лапой горло. Он едва мог вдохнуть, а по коже скребли когти, оставляя глубокие борозды. Он выронил лук и упал на землю, пытаясь наполнить легкие воздухом. Пальцы наткнулись на что-то липкое, и когда Олег поднес их к глазам, то обнаружил, что рука залита кровью.
К нему бросились на помощь Кира и Сварт, но тут же сами побледнели и повалились рядом. Они катались по траве, царапали горло и хрипели. Один Ермолай стоял в стороне.
Олег поднял мутный взгляд на вязкую липкую лужу и увидел своего друга Стаса. Сначала он не поверил глазам. Ведун убеждал себя, что никто из его прошлого не может сюда попасть - но Стае казался вполне реальным. Он радостно махал Середину рукой и звал к себе. Хватка на горле ослабла, Олег начал жадно хватать воздух широко открытым ртом.
- Ну что ты там застрял? Идем, я покажу тебе проход домой. Здесь совсем недалеко.
- Я не могу уйти, - прохрипел Олег.
- Не хотел говорить, - Стае сокрушенно покачал головой, - но твоя мать заболела.
Середин вздрогнул, перед глазами, как живая, предстала его матушка. Мягкие темные волосы зачесаны назад и собраны в высокую гладкую прическу, большие серые глаза с длинными ресницами всегда искрятся смехом, а в уголках губ таятся маленькие морщинки.
Воспоминания жгли душу, а в груди плескались раскаленные волны боли.
- Что с нею?
- Сердце. - Стас опустился на траву, поджав одну ногу под себя. Он всегда так делал, и этот незначительный жест убедил Олега в реальности происходящего больше всех сказанных слов. - Она очень переживала, когда ты пропал. Тебя долго искали, Ворона и ребят из твоей секции следователь несколько раз вызывал. А потом в квартире нашли остатки твоих зелий, книги, формулы, что ты использовал для обряда. Чуть не причислили вас к сатанистам, закрыть хотели, но ничего не вышло.
- Как там ребята? - жадно спросил Олег.
- Да плохо. Ворон тоже куда-то исчез, так что скоро, наверное, секцию распустят. Тебе нужно вернуться, Середин. Каждый должен жить в своем времени, пойми! Пойдем со мной, я покажу тебе место, где я нашел переход.
Олег не просто колебался, он метался, в отчаянии сопоставляя, что важнее. Мать, ребята, секция - или спасение княжича, уничтожение колдуна?
Ведун почувствовал движение сбоку и с трудом скосил глаза. Мимо медленно, глядя в одну точку и что-то тихо бормоча, шла Кира. Глаза ее и щеки были залиты слезами. За ней шагал Сварт. Олег заглянул ему в глаза и невольно вздрогнул. Такая боль плескалась там и такое отчаяние, что ведуну стало не по себе.
- Эй, вы куда? - прохрипел он. Но ни Сварт, ни Кира не обратили на него внимания.
Кира переступила черту, и Олега едва не оглушил радостный, торжествующий вопль мавки.
Ведун встряхнулся, как пес, и бросился за товарищами. Он развернул к себе Сварта и от всей души врезал ему в челюсть. Тот без звука рухнул на траву. Олег поспешил за Кирой. Она приближалась к Стасу и улыбалась ему как доброму знакомому, более того, как любимому.
- Стой!
Середин попытался проделать то же, что и со Свартом - то есть попросту послать в нокаут, но не тут-то было. Девушка в один миг превратилась в разъяренную фурию. Она гигантским прыжком отскочила от Олега и изготовилась к бою, угрожая ему его же кинжалом. Ведун наклонился и поднял с земли маленький камень, стараясь не пропустить движения Киры.
- Лови! - кинул он ей камень. И девушка, растерявшись, автоматически поймала его. Олег же одновременно с броском двинулся к ней.
Что тут можно сказать? Женщин, конечно, бить нехорошо. Но другого выхода у него не было. Олег взял потерявшую сознание Киру на руки и вместе с ней вернулся за черту. Хотя, скорее всего, нарушенная граница круга наверняка потеряла защитные способности.
Ведун только опустил девушку, когда мавка снова обрушилась на него всей своей мощью.
- Середин, не будь идиотом! - раздраженно рявкнул Стас. - Оставь в покое девку и идем домой. Никто за тебя не выполнит твою работу.
Ведун встал как вкопанный, не в силах пошевелиться. Умом он понимал, что это все наваждение - но совладать с ним оказалось не так-то просто.
Олег медленно обернулся. И тут мимо его уха просвистела стрела.
"Не попал", - мелькнула мысль.
Но он оказался не прав. Стрела попала верно. Мавка дернулась и отодвинулась. Снова в воздухе прозвенела стрела, и снова, и снова. И Олег почувствовал, что воздействие ослабевает. Он оглянулся. У костра стоял Ермолай и выпускал одну стрелу за другой. Наконец он протянул руку за очередной стрелой, но ухватил пустоту. Пучок закончился.
Однако цель была достигнута. Мавка отступила на довольно приличное расстояние и больше не могла добраться до людей. Признав поражение, она втянулась в густые ивовые заросли. На небе уже потускнели звезды, приближался рассвет.