- С чего же это он безобразничать станет? - обиделся Середин.
- Да кто их знает, ведунов-то этих, уж не серчай, Велислав, - слегка поклонился стражник волхву, - а только мы для того тут и приставлены, чтобы порядок блюсти.
- Ну ждите, служивые, ждите, - усмехнулся не больно-то высокий Олег. Смотрите, нечисть через ворота не допускайте, чтоб ведуну работы меньше в вашем городе было.
- Хе. Мимо нас и мышь не проскочит. Спокойно спи, путник, - отмахнулся второй ратник и прислонил рогатину к стене. - Ты семечек не хочешь, волхв?
- Отчего не пощелкать? - оживился Велислав. - Мы как раз без завтрака в путь тронулись. Будет чем червячка успокоить.
Стражник с готовностью потянулся к свисающему с пояса мешочку и вдруг охнул: - Ой, плечо, плечо... - А, ну так ты не тревожься. - Волхв зевнул и повернул в ворота. - Обойдусь. - А плечо? - А чего плечо? - Да замучило оно меня, Велислав. Третью неделю ноет к утру, мочи нет. Я уж и жиром барсучьим с перцем мазал, и листьями березовыми отпаривал. - А чего хитришь? обернулся волхв. - Ой, семечки, ой плечо! Нету серебра - так и скажи. Поклонись, пообещай, что потом отблагодаришь...
- Так отговоришь кости-то, Велислав? - стыдливо опустил глаза дружинник. - Не иначе, Кумоха привязалась.
- На двор я иду княжеский, - отмахнулся волхв. - Найдешь меня там посмотрю плечо. И зелье приноси, которым мазался. Чую я, от жадности пакость какую-нибудь купил.
Олег достал серебряную чешуйку, но плату за вход с него никто спрашивать не стал, и он, пожав плечами, вслед за Кирой вошел в город. Подковы лошадей гулко застучали по деревянной мостовой, в воздухе пахнуло дымом - видать, из-за непогоды многие хозяева предпочли затопить печи. Узкую улицу ограждали плотно стоящие двухэтажные бревенчатые дома с забранными слюдой окнами. Лишь изредка между зданиями обнаруживался короткий частокол внутри крепости лишней земли для широких дворов не имелось.
До детинца они дошли за несколько минут - метров триста было до него от ворот, не более. В воротах княжеской обители стояли на страже аж шестеро воинов. Перед ними толпились любопытные. Трое путешественников с трудом протолкались через толпу и приблизились к дружинникам.
- Стойте! - воскликнул один из них, грозно направив на них рогатину. Но тут же узнал волхва и Киру. - Никак поправилась уже, воительница. Ну, Велислав, ты сам, видать, чародей знатный. Проходите, князь ждет вас. А кто это с вами? Неужто сам ведун?
- Он самый.
- Что-то хилый больно... - Воин окинул Олега насмешливым взглядом.
Вокруг возбужденно загомонил народ. Весть о том, что пришел сам ведун, распространилась с катастрофической скоростью.
- Так я не кулаком, я словом недругов бью, - пожал плечами Середин. Хочешь, у тебя сейчас рука отвалится? Алыбды, дуан рых, механуралмашзавод...
- Чур меня, чур меня, - мгновенно побледнев, попятился ратник, закрываясь щитом.
- Да ты не боись, - то ли в шутку, то ли всерьез попытался успокоить его Велислав. - Принесешь руку мне, я ее тебе за полгривны назад приворожу.
- Ступайте, сказываю, князь ждет! - торопливо отмахнулся дружинник.
- Ну как знаешь, - прервал "заклинание" ведун и, пряча улыбку, шагнул в ворота. Прочие воины тоже притихли и расступились, давая дорогу. Авторитет гостя теперь казался им совершенно непререкаемым.
Радомир в это время упражнялся с мечом, играя им, словно котенок с мячиком - стальной клинок мелькал в воздухе из стороны в сторону, оказывался то вверху, го внизу, иногда меняя траекторию движения самым непостижимым образом. Когда Олег, волхв и Кира остановились посреди двора, князь опустил меч и обернулся к ним.
- Велислав? А где мои воины? Неужто не встретились по дороге?
- Разминулись мы, наверное. Но гляди, кого я привел. Это и есть ведун Олег.
Князь окинул гостя оценивающим взглядом, и на лице его проявилось явное разочарование. Однако вслух он сказал совсем другое:
- Рад видеть доброго человека. Наслышан о тебе, ведун, много наслышан. Еремей, прими коня у гостя! Покои тебе уже приготовлены. Княгиня заждалась тоже, перемолвиться желает. Князь вогнал меч в ножны и, взяв из рук слуги рушник, широким жестом пригласил волхва и Олега за собой. Середин огляделся в поисках Киры, но та уже исчезла. Радомир находу накинул рубаху и сказал, затягивая пояс: - Не знаю, поведал ли тебе Велислав про беду мою, но ответ твой хочу услышать поскорее. Поможешь али нет? Время уходит, а душа моя болит. Ох, болит, хоть сам в седло садись.
- Ты бы гостей сперва за стол усадил, княже, - укорил хозяина волхв, напоил, накормил, а уж потом и с ответом торопил.
- Баньку мы уже истопили, ведун, - кивнул Радомир. - Попарься, отдохни, а потом доброй медовухи испить пожалуй ко мне. Там и поговорим. Велислав прав, с чистым телом и душа чище. За чаркой оно и беседа легче, и на душе радостней.
- Спасибо, княже, - ответил Середин. - Это верно подмечено. После парилки любой разговор легче катится.
Князь привел Олега к избе, из которой валил пар. Словно по команде распахнулась дверь, и к гостям вышел румяный дородный мужичок, кожа которого лоснилась, как лаковая шкатулка.
- Милости просим, - поклонился он, - ох и попарим! Все хвори темные прочь выгоним, и мысли дурные туда же.
- Когда топили? - поинтересовался из-за спины Олега волхв.
- Да ты чего помыслил, Велислав, - махнул на него веником банщик. Никак заподозрил, в третью очередь поведу? А я-то для тебя огурчиков из своего погреба принес.
- А я тебе - меду гречишного... - оглянулся на лошадей волхв. - Кони-то где, ведун?
- Расседлывают...
- Наш Афанасий свое дело знает, - кивнул Радомир. - Вмиг и хвори, и усталость прогонит. Проходите, гости дорогие, парком себя потешьте.
- А ты, князь?
- У меня еще дела есть, уж не серчайте.
Банщик, радостно размахивая веником, распахнул перед гостями двери, и они окунулись в густой, пахнущий свежим хлебом пар.
После баньки Олег и волхв вошли в горницу с накрытым столом, который ломился от угощений и напитков.
Князь Радомир, стоявший у окна, повернулся к гостям, широким жестом пригласил их за стол.
- Прошу, вина отведайте заморского, кваску холодного после пару отпейте. Велислав, в крынке, что с глазурью синей, на репе квас сварен. Ты, я знаю, любишь. Пироги там с вязигой стоят, печень медвежья. А тебя, ведун, хочу почками заячьими на вертеле попотчевать. Поутру отроки с охоты вернулись. Вина латинянского могу предложить. У латинян души хоть и черные, а вино они делают дивное, легкое, как вода, да забористое, почище пива выдержанного.