Сердце шептало: “Вот оно, спасение”.
Разум твердил: “Последствия могут быть необратимыми”.
Началась магическая ломка.
Сознание входило в трансформацию, раздвигая границы восприятия. Процесс, знакомый каждому, кто приближается к Инициации.
Наступил момент Выбора.
Возвращаться туда, где мечты были растоптаны, где надежды обратились в прах, не хотелось.
Не было ни желания, ни страха.
Ни интереса к тому, как всё пройдёт, ни тревоги перед неизвестностью.
Была только одна жажда — снова ощутить их.
Ту Силу, что однажды пробудила, согрела, вырвала из сна и возвратила в родной мир.
Катарсис среди полей
Кульминация наступила на трассе, среди бескрайних полей.
Когда приходит катарсис, лучше держаться подальше от цивилизации.
Рыдания сотрясали тело, грудь сжималась от внутреннего воя.
Молитвы и проклятия смешивались в одно, обращаясь к пустоте, к Хранителям, к миру, что, казалось, отвернулся.
Хотелось закричать на всю Вселенную:
“Я умираю от боли! Я задыхаюсь в этом теле, в этом сером мире!”
Но крик растворялся в ветре, а дорога впереди оставалась открытой.
Выбор на грани
Крик вырывался, пронзая небо.
— У меня нет сил бороться! Я не выдержу! У меня нет ресурса, нет средств, чтобы сражаться за себя! Я умру, понятно? Просто уйду… Почему так больно?!
В этих словах было всё: мольба, отчаяние, слёзы, ненависть.
Хранители не стали утешать. Не дали ответов.
Просто поставили перед фактом:
— Хочешь жить?
Рыдания сотрясали грудь.
— Да… да… хочу.
Тишина.
И вдруг — честное, смелое признание:
— Но мне страшно! Боюсь того, что ждёт впереди. Но и умирать страшно.
Страх и надежда сплелись в одно.
Но раз ответ дан, значит, путь ещё не завершён.
Собравшись с силами, держа в руках только решимость и слабую, но упрямую надежду, отправилась к Мастеру, в другой город.
После разговора с Хранителями решение стало неизбежным. Пройти инициацию.
Во что бы то ни стало.
Потому что хотелось жить.
На следующий день звонок Мастеру прозвучал, как удар гонга.
— Я готова пройти инициацию.
Ресурсы? Средства? Их по-прежнему не было.
Но намерение — твёрдое, как кремень.
Сначала родилась мысль. Затем оформилось намерение. И только потом встал вопрос, как осуществить задуманное:
— Обучение.
— Поездка в другой город.
— Оплата за инициацию.
Каждый шаг требовал решимости.
Но благодаря брату, сестре, проводнику, организатору Мастера — всё стало возможным.
Так началась новая глава.
Первая ступень Рейки.
Роковой весенний день.
Как же всё циклично…
Дорогие читатели, что вы думаете по этому поводу? Напишите пожалуйста, а мы с вами встретимся в следующую субботу….
Тень символа на песке
īśāvāsyam idaḿ sarvaṁ
yat kiñca jagatyāṁ jagat
tena tyaktena bhuñjīthā
mā gṛdhaḥ kasya svid dhanam
Shri Ishopanishad, Esimene Mantra
Кто Я?
Разве это не главный вопрос, без ответа на который невозможно выжить?
Не зная его, можно просто исчезнуть.
Так кто же Я? Этот вопрос звучал внутри без остановки, кружился в мыслях, словно заклинание, повторяемое день за днём. Если не найти ответ, то потерять себя. Это стало навязчивой потребностью, почти одержимостью. Засыпая, он звучал тихо, но непреклонно. Просыпаясь, сталкивалась с ним снова.
На работе, в трамвае, среди городского шума он оставался со мной:
— Как, не имея всех денег мира, личного гуру и санкции свыше, понять, кто я на самом деле?
Неизвестное имя
Родители? Не знали.
Родственники? Не видели.
Хироманты? Смотрели, но не сказали.
Наставники, коучи? Не смогли объяснить.
Ответ не пришёл ниоткуда.
Но внутри кто-то звал.
И осень, в своём пламенном убранстве, словно нашёптывала строки:
“В пламенной осенней листве,
Заветное имя получить бы мне,
Имя моё напиши мне, мне…”
Имя, что скроет тайну.
Имя, что даст ответ.
Во сне светило солнце, согревая всё вокруг мягким, тёплым светом.
Как в детстве. Камушки в руках, гладкие, тёплые от солнца, собранные на дороге, что крутым спуском уходит вниз с Диевой горы. Внизу — балка, через неё перекинута насыпь-мост. Мост? Две трубы, по которым пробегает речушка, засыпаны песком и щебнем.
Рядом длинная железная труба. В реальности её давно нет, но во сне она ещё здесь. Как и я — беззаботная и счастливая.
Шаг наверх, желание вернуться домой… Но вдруг — тень. Высокая фигура в капюшоне, оливково-коричневые полы плаща. Глубоко в капюшоне — мрак. Голос пронизывает до самых костей.