Триумвират
На основании таких фрагментов, как «Джайминия-Брахмана» [, 184 или «Махабхарата» [Х, 38, 8 и сл., вырисовываются следующие дополнительные мотивы: 1) существование трех братьев, рожденных из золы от жертвоприношений, брошенной Агни в воду (ср. огонь—вода в сюжетном и материальном [зола] воплощении), по имени Екаta, Dvitа, Тrita , т.е. Первый, 'Второй’, ‘Третий’ , и объединенных фамильным названием Арtyas ‘Водяные’; 2) предательский поступок двух старших братьев по отношению к третьему, младшему (Трита), брошенному ими в колодец 2; 3) спасение Триты с чьей-нибудь помощью.
Топоров В.Н. - Исследования по этимологии и семантике.Том 2. Книга 1.
Тот же февраль. То же рабочее место.
Неприметная девушка сидит за столом в холле торгового центра, помогает посетителям заполнять анкеты для розыгрыша новенького айфона. Люди проходят мимо, спешат по своим делам. Никто не замечает, что в её руках — блокнот с чистыми листами и казенная ручка. Она ничего не ждёт и ни на что уже не надеется. Только бы сегодняшнее умиротворение продлилось ещё хоть немного.
Вдохновение пришло внезапно — как вспышка цвета на весеннем небе, которое вдруг врывается в жизнь после долгой череды серых, вымерших дней. Незначительная деталь, но где-то внутри — узнавание: скоро весна. Та самая — чарующая, ароматная, со свежестью в воздухе и чистотой, которую не объяснить словами.
Не помня вчерашнего и забыв о сегодняшнем, она вдруг увлеченно рисует на бумаге силуэт юноши. Синей ручкой, резкими штрихами прорисовывает черты лица.
Молодой, перспективный чёрт. С шальной широкой улыбкой. Аккуратными, мужественными рогами. В темном пальто. В ухе — серьга. В глазах — белый свет. Глубокие, как колодцы, манящие глаза, лукавый взгляд из-под длинной, почти дерзкой чёлки. Темные непослушные волосы собраны в хвост, тяжёлый и плотный, он ложится на правое плечо. А родинка на щеке завершает его образ — соблазнительно и дерзко.
Да чтоб тебя. Именно таким, из-под моей руки, появился и пришёл ко мне Лиуми. Тёмный чёрт. Оптимист. Экспериментатор.
И — мой новый Хранитель.
Он прибыл на место назначения — спокоен, собран, готов к службе.
— Принимай с любовью и колоссальным запасом энергии, — как будто говорит он.
Ключ уже передан, символ нарисован, имя — предоставлено.
— Минуточку? Для чего ты здесь? — спрашиваю я.
— Времени нет. Рисуй дальше, — отвечает, уходя в тень. — Потом расскажу…
Я переворачиваю страницу блокнота. И передо мной появляется следующий Тёмный. Ожидание шепчет: сейчас придёт ещё один озорник. Но нет. На этот раз — другое. Он смотрит прямо, слегка сурово. В его взгляде — ясность и глубина.
Это Тёмный генерал. Или, как минимум, глава чего-то большого. Его аура наполнена золотыми и рассветно-розовыми оттенками. От него исходит весомое, несгибаемое присутствие. Черные, растрепанные пряди заплетены в высокую косу. В ушах — золотые серьги в форме полумесяцев.
— Я глубоко женат. У меня есть дети и внуки. Я — глава Рода.
В его янтарных глазах клубится густая тьма — тьма зрелости, тьма, знающая свое место. Высокие скулы, утончённые, но несущие на себе груз ответственности. Черты лица строгие, но не лишенные внутреннего света.
Его образ пронизан силой и сдержанностью.