Дебра думала, Ингрид выберет запасной вход, но она вломилась с центрального. С деловым видом положила руку на дверь, как недавно Квитон в Храме, и беззвучно зашевелила губами. Замки поддались быстро, послушно щелкнули.
— Ого! — ведунья удивленно посмотрела на дверь, потом на пальцы. — Странно. Раньше у меня никогда сразу не получалось.
— Разве? — Дебра зашла за одноклассницей внутрь. — Ты же отключила камеры в Центре.
— Нет, — Ингрид быстро огляделась и пошла к лестнице. Им повезло, что за окнами горели фонари, и внутрь попадал свет. — Я не отключала камеры. Воздействовала на сознание людей. Это не внушение, а что-то вроде галлюцинации. Замки отпирать я тоже умею. Но это иная магия. Раньше требовалось минут пять, не меньше.
Девушки поднялись на третий этаж и, не сговариваясь, повернули к родному классу. Свет не включили, чтобы не привлекать ненужное внимание. Глаза привыкли к темноте, да и обстановка отлично знакома. Дебра застыла на пороге, вспомнив, что в последний раз они были здесь в день фальшивого теста. Ингрид рисовала её портрет, когда по радио раздался взволнованный голос директрисы.
— Давай сдвинем парты, — предложила ведунья. — Послужат кроватью. Тебе нужно поспать, а я пока подумаю, что делать дальше.
— Шутишь? — Дебра нервно засмеялась. — Это последнее, что мне сейчас хочется.
— В Центре перед третьим сном ты то же самое говорила. Уснула, как миленькая.
Ложась на жесткие парты, Дебра надеялась, что обойдется без кошмаров. Достаточно тех, что обрушились наяву. Но тревожное сновидение попросилось в гости.
Дебра невидимой тенью выскользнула из тела и устремилась ввысь — к звездам, названия которых никогда не знала. Она летела, наслаждаясь скоростью. Внизу мелькали шумные реки, темные леса, огни больших городов и небольших селений. Сменяли друг друга всё быстрее и быстрее. Дебра чувствовала — снижаться рано. До пункта назначения далеко.
Она устремилась к земле, когда догнала солнце. Первые лучи небесного светила обняли мегаполис. Дебра, ускоряясь, полетела к зеленому кирпичному дому, стоявшему отдельно от остального жилья. Скользнула сквозь стены в большую комнату с плотно закрытыми шторами. Внутри продолжалась ночь, на столе догорали три свечи в старинном подсвечнике. На стенах и мебели танцевали тени. Наверное, разыгралось воображение, потому что одна из них вдруг отделилась от остальных.
Не будь Дебра бесплотной, закричала бы от страха. Черный сгусток рос, набирая краски, пока не превратился в мужскую полупрозрачную фигуру. Незваная гостья не могла разглядеть черты лица призрака, только широкие плечи и светлые с сединой волосы.
— Наконец-то!
В комнате находился кто-то третий. Дебра узнала голос. Хриплый и холодный.
— Ты стала нетерпеливой, Кассандра, — попенял призрак и чуть склонил голову, приветствуя женщину, сидящую в кресле в дальнем углу.
— Отнюдь, — проговорила она с легкой усмешкой. — Моему терпению может позавидовать кто угодно. Квитону точно стоит поучиться. Полагаю, он в бешенстве?
Дебра, переведшая взгляд с призрака на Кассандру, поняла, что та без маски. Но лицо скрывал мрак. Ведьма расположилась слишком далеко от свечей. Зато благодаря отсутствию привычного капюшона, Дебра смогла разглядеть темные, чуть вьющиеся волосы, свободно падающие на плечи.
— Квитон рвёт и мечет, — злорадно проговорил мужчина. — Арвида на грани истерики.
— Приятно слышать. Но мы это предвидели, не так ли?
— Ты предвидела. И, как всегда, оказалась права. Что будешь делать с девчонками?
Дебра вся обратилась в слух, готовясь жадно ловить каждое слово. Но что-то случилось с комнатой. Она качнулась, как корабль в шторм. Картинка помутнела от ряби, похожей на помехи на экране телевизора. Кассандра что-то говорила, но Дебра не разобрала ничего кроме их с Ингрид имён. Через мгновение её вышибло из тонущего во мраке помещения. Швырнуло в небо. Подальше от зеленого особняка и женщины, рассуждающей об их с ведуньей судьбе…
Проснувшись, Дебра зажмурилась и прикрыла лицо ладонью. В глаза бил яркий солнечный свет. По ощущениям, время близилось к полудню.
— Ох, — простонала она, поднимаясь. Спина затекла. Захотелось выгнуться, как кошка, но от резкого движения стало хуже.
— Это не пятизвездочный отель, — пошутила Ингрид. Она сидела с ногами на подоконнике у распахнутого настежь окна и подставляла лицо летнему ветру. Бледность на щеках сменилась легким румянцем.