— Картер и Геллен — мои старые друзья, — тихий голос Делинды странно контрастировал с криками Дебры.
— Друзья?! Шишки из Каста-Беллы — твои друзья?!
— Не кричи! — зашипела мать, двигаясь ближе. — У нас мало времени, а ты тратишь его на не относящиеся к делу вещи. Очнись, наконец! От того, как ты себя поведешь, зависит не только твое возвращение домой, но и… — она осеклась.
— Моя жизнь?! — выпалила Дебра. — Знаю! Не надо считать меня идиоткой!
Мать и дочь в упор смотрели друг на друга. Одинаковые зеленые глаза блестели от гнева. Дебре вспомнились все обиды. Язык чесался спросить, как смеет эта женщина приходить сюда после стольких лет пренебрежения?
— Хорошо, — сдалась Делинда, разглядев укор на дочкином лице. — Роджер и Том — мои бывшие подчиненные. Я взяла их на работу, когда оба были никем, помогла сделать карьеру. Это всё, что тебе следует знать. Сейчас важнее другое. Скажи, у кого ещё в классе были видения?
— Ни у кого, — Дебра солгала, не моргнув глазом. После допросов Картера и Геллена обманывать Делинду нетрудно.
Впрочем, мать, как и оба профессора, не спешила верить.
— Дебра, — с нажимом произнесла она. — Я хочу помочь.
— Тогда объясни, как Донни и Генри заразились в городе, где нет ни одного больного Хайди? Почему сейчас, когда начали видеть людей в тумане?
— Ты решила, здесь есть связь? — Делинда постаралась за сарказмом скрыть волнение.
— Не издевайся, — скривилась Дебра. — Ты не веришь в совпадения. Ты же врач, и сама говорила папе, что для мальчиков всё кончено. Нет, я не подслушивала. Вы кричали на весь дом. И вообще, как я это узнала — «не относящаяся к делу вещь». Лучше ответь, что означают видения?
Делинда не отреагировала на откровенное вранье.
— У меня нет ответов, — призналась она с грустью. — Я много лет не имею доступа к подобной информации. Знаю лишь, что видения учащаются по всей Земле. Встречаются у детей и подростков.
Дебра потерла ноющие виски.
— Дилан решил: видения — новый признак Хайди. Но я не согласна. Потому что… — она запнулась, но наплевала на осторожность и затараторила: — Тест-пластины индивидуальны. В столице знают, кому какая достанется. Мама, результат теста можно запрограммировать?
— Дебра! — Делинда покосилась на закрытую дверь.
— Знаю, о таких вещах даже думать нельзя. Но если в Каста-Белле обеспокоены видениями, но не хотят их афишировать, разве не проще списать всё на Хайди? Изолировать тех, кому мерещится туман, и обследовать?
Делинда смотрела на дочь очень внимательно. Как никогда в жизни.
— Способ идеальный. Но как тебе это в голову пришло?
Дебра помолчала несколько секунд.
— Из-за доктора Эймса, — призналась нехотя, и пересказала подслушанный Диланом разговор о смертях без симптомов. — Тип из столицы сказал: если придется, будут списывать всё на Хайди. Я подумала, с тест-пластинами может работать тот же принцип.
Делинда встревожилась.
— Это тайна за семью печатями, а вас двоих угораздило в неё влезть. Будто видений мало!
— Почему к ним все привязались? Каждого, кто видит туман, ждут обвинения в Хайди?
Делинда мрачно прищурилась.
— Кого ты защищаешь?
— Никого.
— Перестань лгать. Подумай, что случится, когда он признается? Расскажет, что ты всё знала? В Каста-Белле за вас примутся гораздо круче.
— Он? — искренне удивилась Дебра.
— Дилан! — Делинда ударила ладонью по столу. — Кого ты еще с таким рвением можешь покрывать! Ты испугалась, когда мы с отцом спросили о видениях. Милая, сейчас не время скрытничать. Роджер вернется в любой момент. Ответь, видения были?
Сердце жаждало выпрыгнуть из груди. Дочь отчаянно хотела признаться, спросить совета. Отправка в столицу ассоциировалась с пропастью, в которую ни в чем неповинных подростков сбрасывали без суда и следствия.
Не в силах больше сдерживаться, Дебра кивнула.
— У Дилана? — мать ждала еще одного утвердительного ответа.
— Нет. У меня.
— Проклятье! — Делинда посмотрела на Дебру с укором, словно та нарочно усложнила семье жизнь. — Давно?
— В первый раз на озере. Вместе с Донни и Генри. Но они не знают. Я не сказала даже Дилану! Все считали, парни лгут. У меня духа не хватило признаться, что видела тетку Боба и красную машину! Во второй раз я была одна.
— О, Дебра! Следовало сказать нам!
Дочь горько усмехнулась. Когда это в их семье было принято откровенничать?
— Что мне делать? — спросила тихо.
— То же, что и раньше: стоять на своем, — быстро заговорила Делинда. — Раз приходится лгать, лги уверенно. Словно сама в это веришь. В Каста-Белле тебя постараются запугать или, наоборот, втереться в доверие. Не поддавайся. Пока не признаешься сама, они ничего не докажут.