— Проверим профессорский ключ, — Донелли набрал на панели двойку и букву «а». Приложил карточку к считывающему устройству. Лампочка по соседству откликнулась, замигала одобряющим зеленым цветом. — Отлично! — обрадовался страж. — Надеюсь, нам и дальше повезёт.
Дебра подумала о том же. Слишком гладко пока все получалось. Чересчур просто. Закон равновесия должен сработать рано или поздно.
Лифт ехал вверх вечность. Издевался. Или это страх сыграл злую шутку, притупив чувство времени? Номера этажей приклеивались к панели, цеплялись за нее, не желая уступать место следующим числам и буквам. Дразнили. Или предсказывали беду. В самом деле, разве велик шанс на спасение? Что ждет беглецов над землей, когда двери поменявшей цвет кабины разъедутся в стороны? Свобода или грандиозный провал?
Дебра не рассчитывала на первый вариант. Не смела.
— Почему мы едем на второй? — спохватилась она, когда до пункта назначения осталось три этажа.
— На всякий случай, — пристав сжал лучник и вытянулся струной, настраиваясь на бой. — Кто знает, какие ждут сюрпризы. Пройдем один этаж по лестнице.
— Разве в здании они есть? — Дебра подозрительно покосилась на ведунью, вспомнив её слова перед третьим сном.
— Исключительно над землей, — усмехнулся Донелли. — Однажды я видел старые планы. Раньше лестницы были и в нижней части здания. Но их сломали. Решили, в случае опасности похоронить тайны вместе с людьми.
Из кабины на втором «наземном» этаже Дебра выходила в предобморочном состоянии. Ноги сделались ватными. Колени вот-вот подогнутся. Коридор был обитаемым. В нескольких метрах от лифтовой площадки две женщины в деловых костюмах что-то горячо обсуждали. Мозг с облегчением зафиксировал слова «отчет» и «неприемлемо». Мимо метеором пронесся лысеющий мужчина в круглых очках, на ходу перебирая листы, исчерченные таблицами.
Донелли пошёл вперед, не удостоив взглядом девушек в одинаковых коричневых униформах. Они зашагали следом, стараясь не припуститься от волнения. Дебра сжимала зубы, запрещая себе думать о конце пути. Вдруг, правда, конец? За каждым поворотом мерещилась фигура в черном одеянии и маске. Память рисовала то лицо Дилана в веселых веснушках, то насмешливые серые глаза космонавтки.
На первом этаже людей встретилось ещё больше. По дороге к неработающему выходу беглецы увидели десятка три сотрудников. Однако никто не проявлял к ним интереса. Чем ближе подходили к цели, тем пустыннее становились коридоры, выкрашенные в болотный цвет.
«Наверное, это нормально, раз ремонт», — успокаивала себя Дебра. Донелли редеющий людской поток не смущал, значит, и ей не следовало себя накручивать. Нервы и так на пределе. Того гляди, голова взорвется от переизбытка натыкающихся друг на друга мыслей.
Вот и дверь. Донелли встал слева, приготовил лучник и сделал знак спутницам. Ингрид рванула дверь на себя, освобождая приставу путь. Дебра, ожидавшая шумного сопротивления, зачарованно смотрела, как Донелли с кошачьей ловкостью ворвался внутрь и выпустил на волю красные лучи, засверкавшие фейерверком. Но не услышала ни единого вскрика, только негромкий стук падающих тел. Вбежав за приставом, обнаружила поверженных противников: трех человек на полу в неестественных позах.
— Получилось? — неуверенно спросила Ингрид, остановившись позади подопечной.
— Не знаю, — протянул Донелли озадаченно. — Странно они упали, — он шагнул к ближайшему телу и отскочил, как ошпаренный. — Это манекены! БЕЖИМ!
— Поздно, — констатировал насмешливый женский голос. Хриплый и глухой. — Никому не двигаться! Опустите оружие, пристав.
Донелли вынужденно повиновался. Со всех сторон на беглецов надвигались вооруженные стражи, прятавшиеся до этого за раздвижными панелями. Следом из укрытия вышли и главные противники. Кассандра Гордон в мятом платье сложила руки на груди. Присцилла Грей, одетая с иголочки, победно улыбалась. Тревис, покорно семенящий за женщинами, выглядел грустным и виноватым.
— Аккуратней, господа! — велела Кассандра, наблюдая за лучниками, пляшущими в руках стражей. — Девчонки нужны мне живыми.
— Я же говорила: они воспользуются запасным выходом! — ликовала Присцилла.
Она почти не отличалась от себя самой, сотни раз виденной Деброй по телевизору. Такая же тощая и зализанная. С блеклыми голубыми глазами. Но выражение лица другое: злое и самодовольное.
— Вы предсказуемы, пристав, — Присцилла упивалась победой. — Ломаете голову, как мы обнаружили вас столь быстро? Я вызволила плененную подругу и решила навестить здоровых пациенток. Но они исчезли. Оставалось выяснить, чьим ключом открывали двери камер, и расставить ловушки. Мимо выходов вы бы не прошли.