— Этого не случится, дорогая, — заверила Арвида. — О безопасности нашей человеческой родственницы позаботятся.
Хранительница посчитала инцидент исчерпанным и зашагала дальше, уверенная, что остальные последуют за ней. Они так и сделали. Но прежде обменялись мрачными взглядами. Вопросов накопилось множество. Даже у Ингрид, которая сейчас хотела быть послушной дочерью.
Первым не выдержал Донелли, недоверчиво озирающийся по сторонам.
— Почему вы не говорите, что это за место? — спросил он на ходу. — И как мы сюда попали?
Арвида опять отмахнулась.
— Пристав, будьте благоразумны. На ваше появление здесь не рассчитывали.
Терпение Дебры лопнуло. Еле удержалась, чтобы не напомнить дамочке, изображающей покровительство, что первым пришел на помощь Донелли, а вовсе не таинственный волшебный народец.
— Марко с нами не случайно, — объявила она, нарочно назвав стража по имени, чтобы подчеркнуть непрошеную связь. — Он упоминался в моем особом сне.
Дебра попала в яблочко. Надменное лицо хранительницы огнем осветило любопытство, стерев деланное равнодушие. Распоряжение оставить разговоры с легкостью забылось. В одну секунду.
— Присядем, — Арвида азартно облизнула губы и указала на овитую плющом беседку.
Донелли буравил Дебру вопросительным взглядом. Она отлично понимала состояние стража. Сама плохо представляла, что творится вокруг, а он попал в гущу событий с корабля на бал. Или наоборот — с бала на корабль. Но Дебра заставила себя не думать о приставе и рассказала о трех последних снах с космонавткой. О первой сбывшейся подсказке. Говорила медленно и спокойно. Будто речь шла о сюжете фильма, просмотренном в кинотеатре.
— Это крайне интересно, — изумрудные глаза Арвиды сверкали от плохо скрываемого возбуждения. — А другие подсказки?
Дебра пожала плечами, щурясь на алеющее солнце. Три последних пункта она не понимала. Второй, где речь шла о синей тетради Ёжика, предназначался космонавтке. Юноша со странным прозвищем — ее одноклассник.
Хранительница задумалась, легонько потирая указательным пальцем нижнюю губу.
— Мама, я думала, девушка из сна ненастоящая, — вернула Арвиду в действительность Ингрид.
— Скорее всего, — пробормотала та.
— Нет! Настоящая! — Дебра бесцеремонно сунула руку во внутренний карман куртки Донелли. — Мы нашли снимок в сейфе профессора Тревиса. Это она — космонавтка, которую я много лет вижу во сне!
Зря Дебра надеялась, что хранительница придет в восторг. На лбу женщины залегла глубокая вертикальная морщинка. Фотография, в ее понимании, не вписывалась в общую картину.
— Ты уверена? — переспросила Арвида сердито — Не может быть… Она же не оттуда…
— Откуда? — быстро сориентировалась Ингрид, но под грозным взглядом матери стушевалась.
— Дебра, не возражаешь, если я на время оставлю снимок у себя? — спросила хранительница после паузы. — Покажу нашим. Моя неосведомленность не означает, что ответов нет у других. Я выполняю определенную задачу. Знать все тайны в нее не входит.
Дебра покорно кивнула, хотя и заподозрила хранительницу во лжи. Она точно знала гораздо больше, чем говорила.
— У меня тоже есть вопрос, — вмешалась Ингрид. — Кто такая Кассандра Гордон?
Глаза Арвиды потемнели, пальцы скрутились. Хранительница явно представляла, как обхватывает горло сотрудницы Центра.
— Эта не та тема, которую стоит обсуждать, — она яростно тряхнула головой. — Но отвечу. Я не хочу, чтобы вы принимали слова предательницы близко к сердцу. Сеять смуту Кассандра всегда умела блестяще.
Арвида замолчала, собираясь с мыслями. Дебра и Донелли замерли в ожидании, боясь шелохнуться.
— Значит, она была одной из нас? — поторопила ведунья мать.
— Верно, — подтвердила та хмуро. — Кассандра считалась одаренной. А потом… потом ей провели обряд развенчивания. Это было давно. До твоего рождения.
Ингрид ахнула и взволнованно затараторила:
— Я думала, его применяли в далеком прошлом! Дядя Арэн рассказывал, обряд лишает хранителя силы, и тот проживает не более пяти лет!
— Так и есть.
— Но Кассандра жива до сих пор!
— Потому что владыка Элиот — а именно он проводил обряд — не довел его до конца. Кассандра осталась в живых и сохранила толику прежних сил.
— Не понимаю, — растерялась Ингрид. — У владыки не вышло?
— Элиот остановился в последний момент, — отчеканила мать раздраженно. — Не нашел моральных сил закончить начатое. Кассандра была уникальной. Владыка сам занимался ее обучением, вложил в неблагодарную девчонку душу. Ни Элиот, ни его помощники не сомневались, что ей суждено стать великой. Предательство лучшей ученицы подорвало здоровье владыки. До самой смерти не оправился.