– А может, Вавриков – потомок того святого? – предположил Бисмарк.
– Потомок святого – полковник КГБ? – старик рассмеялся. – Нет. Настоящий Иов родился в1551-м, умер в 1651-м, жены не было, детей не было. Монах! Откуда у него потомки?
– Ну, может, духовный потомок.
– Ага, духовный! – Польский усмехнулся.
Старик опустил взгляд на кинжал и перстень, которые держал в руках.
– Так ты, значит, хранитель Марии? – проговорил медленно.
– Что? – не понял Бисмарк.
– Я говорю, что ты – хранитель Марии и именно поэтому меня искал?
Возникшая пауза, похоже, не раздражала Польского. Он продолжал спокойно и внимательно наблюдать за лицом парня.
– Хранитель, это вроде как «брат»? – наконец проговорил Олег неуверенно. – Я знаю одного, «брат» Коля. Он сейчас Рину охраняет… И сын Клейнода, когда мне вашу посылку передавал, сказал, что я теперь ее хранитель.
– Вот как, – выдохнул старик. – Ты ее вскрывал?
Бисмарк отрицательно мотнул головой.
– Нет, – добавил. – Я обещал не вскрывать. Я ее просветил на рентгене. Там ключ.
– Правильно, – старик улыбнулся.
– А где замок и что за замком? – осторожно поинтересовался Бисмарк.
– За замком – вырубленная в камне пещера-комнатка, в которой перед тем, как пойти в Киев на княжеский двор, отдыхали трое, которые привезли киевскому князю «вечную жизнь», то, чем продлевали себе бытие сильные мира того почти тысячу лет назад. И там же они оставили свою спутницу, надеясь, что ее никто не найдет.
– А что это за «вечная жизнь»? Белый порошок? – почему-то Олегу казалось, что старик сейчас замолчит и больше ни слова не скажет.
– Нет. Молоко Богородицы. Оно может превратиться в кристаллы и в порошок через несколько сот лет…
– Настоящее молоко?! – вырвалось у Бисмарка.
– Сначала было настоящее, а потом стало «божественным брендом», но с теми же свойствами… Да и с особой историей каждый раз. Просто потом Святая Мария стала рождаться, как обычный ребенок. Ну, как Далай Лама. И если ее не обнаруживали, то она доживала свой жизненный срок без приключений, согласно эпохе. А если обнаруживали, то за ней начиналась охота и возле нее появлялись два хранителя и они ее прятали в пещере, где ее молоко, возникающее от любви, но не от зачатия, накапливалось в ней, в воздухе, которым она дышала Оно оседало на стенах, покрывая их особым чудодейственным инеем, способным сохранять качества молока долгие века. В конце концов, этот молочный иней кристаллизировался, но все равно оставался чудодейственным. Часто о такой Марии узнавали князья или другие властители, они приказывали хранителей убить, а ее похитить. Иногда хранителей убивали вместе с Марией, потому что она тоже защищала себя до последнего, и тогда в другой стране рождалась новая Мария и все начиналось сначала.
– Это Рина, – выдохнул пораженный рассказом Бисмарк. – Это Рина – Мария! И ее уже долгие годы использует Вавриков! Он ей внушил, что был другом родителей. Она думает, что знает его с детства! У нее синдром «ложного материнства» – молоко без беременности!
– Да, это Мария! – взволнованно произнес старик-археолог. – А где она сейчас?
– У меня дома. Ее охраняет «брат» Коля.
– В безопасности она будет только под землей, – проговорил Польский.
– В пещере, которая под замком от ключа, что лежит в посылке?
Старик кивнул.
– А где эта пещера? Где-то в Печерской Лавре?
Старик вздохнул, посмотрел задумчиво Олегу в глаза.
– Нет. Не в Печерской. Километров десять оттуда. В сторону Иерусалима!
– Вы в ней уже были?
Польский отрицательно мотнул головой.
– Не успел. Да и нельзя было. За мной уже следили друзья Ваврикова!
– И что, она должна просто сидеть в этой пещере?
– Да. Сидеть и быть готовой к тому, что очень скоро ее помощь понадобится тысячам и тысячам. С Востока может в любой момент прийти большая беда.
– В Киев?
Старик грустно улыбнулся.
– Эта беда накроет не только Киев. И не только Украину! Всех спасти даже Мария не сможет! Но по крайней мере она будет спасать тех, кто решится бороться с ней. Их раны она залечит своим молоком. Но всех она не спасет! У нее просто не хватит сил!
– Но ведь это означает, что она принесет себя в жертву?
– Она всегда приносит себя в жертву. Ты просто этого пока не понимаешь!
Глава 80
Краков, июль 1941. Грудинка утки под испанское вино и танец с оккупантом