– А ты… что ты собираешься здесь делать?
– У меня тут еще одна короткая встреча. Но без тебя. – она поманила его пальцем, и когда он наклонился к ней, думая, что она хочет что-то прошептать, Арета поцеловала его в губы. А потом прошептала: – Не забывай меня.
Это были ее последние слова.
Глава 81
Ормос, ноябрь 2019. Бисмарк увозит с острова Андрос не только яркие воспоминания
Порт Гаврио оттолкнулся от причала и стал с нарастающей скоростью удаляться от кормы слишком огромного, как показалось Бисмарку, парома. С верхней пассажирской палубы Олег наблюдал за двумя диагонально расходившимися в разные стороны бурлящими пенными линиями на воде.
Теперь, когда паром покинул порт, ощущение излишней огромности судна пропало. Это в порту «Golden Star Ferry» – «Паром золотая звезда» – как небоскреб возвышался над пристанью, а тут – над бескрайним морем его размеры и масштабность уменьшались. И от той же самой высоты в метров пятнадцать от верхней пассажирской палубы и до гребешков невысоких волн дух больше не захватывало.
Бисмарк стоял еще минут пять, провожая взглядом удалявшийся городок. Держался за перила, гладкие и местами чуть вздувшиеся из-за множественности слоев краски-эмали. Под ногами на железном полу – сумка и рюкзак. Над головой – дым из корабельной трубы. От дыма в носу терпкий запах сгоревшего дизельного топлива.
Захотелось поменять место стояния на место сидения. И, достаточно надышавшись корабельным дымом, Бисмарк с вещами перебрался в кафе. Просторнейшее кафе, заставленное коричневыми стульями и белыми круглыми столиками, не привлекало внимания пассажиров, не похожих на туристов. Всё это была местная публика, переплывавшая по семейным или другим делам с одного острова на другой.
Олег сел подальше от скучавшего за прилавком бармена. Не хотел, чтобы тот мог рассмотреть, что Элефтэрия дала Бисмарку в дорогу.
А Элефтэрия ему вручила целый пакет с кальцуньями, пластиковую поллитровку с домашним узо, гораздо более ароматным, чем в тавернах, пластиковый стаканчик маслин и порезанную лепешку, посыпанную кунжутом. Олегу даже показалось, что при прощании в ее глазах блеснули слезы. Словно он был самым последним постояльцем в ее доме, и теперь она навечно оставалась одна.
До Гаврио Олег доехал на утреннем автобусе. Автобусы на острове строго привязаны к расписанию паромов – это стало ему понятно только в последний день пребывания. Этот последний день, как и предыдущая полночь, ознаменованная неожиданным появлением Адика и такой же неожиданной его смертью, перевернул мир Олега, отрезал ему путь в привычное прошлое, к привычному себе.
Накануне он вернулся в дом Элефтэрии к трем утра, оставив старика-археолога спящим в кресле возле камина, оставив убитого Адика на полу и выключив телефон. О чем он думал, когда возвращался? Да ни о чем. Он просто шел, машинально переставляя ноги. Он боялся думать. Он чувствовал холод в кончиках пальцев, но не знал, откуда возникало такое странное ощущение: изнутри или от прохладного ночного воздуха?
Незакрытая дверь в дом Элефтэрии не скрипнула, не выдала его поздний приход. Только деревянные ступеньки лестницы пискнули негромко под ногами.
До рассвета он лежал на кровати, то глядя в потолок, то закрывая глаза и пытаясь заснуть.
Очнулся от своей полудремы, когда Элефтэрия без стука занесла в комнату завтрак. Встретился с ней глазами. Она указала взглядом, что может поставить кофе и греческие пирожки с сыром на балкон. Он кивнул.
Это утро показалось ему шумнее обычного. То и дело где-то рядом слишком громко проезжали машины и мотоциклы. Сосредоточиться на солнце и на море не удавалось. Вообще собраться с мыслями не получалось потому, что мысли его тянули в прошлую ночь, а он туда возвращаться не хотел!
Опять где-то совсем рядом с домом взревел мотоцикл и его рев стал удаляться.
«Все-таки надо будет к нему зайти, – думал Бисмарк и уже в самой этой мысли ощущал опасность и подвох. – Не сейчас, позже… А если он меня попросит спрятать труп? Сам-то он никак не сможет!»
Опять стало страшно. Оказаться в греческой тюрьме вместо возвращения домой? Нет, ни в коем случае! Да и нет на острове тюрьмы! Почему-то в этом он был уверен! А если нет, то значит тюрьма где-то на материке! В Афинах или ближайшем городе! И там, в тюрьме, его лишат не только свободы, но и смысла жизни, и смысла этого путешествия, в которое он так мечтал отправиться!