– Странное псевдо, нет?
– Не думаю. Арета – древнегреческая богиня мужества, а еще так звали дочь царя феаков Рексенора, а еще была дочь Аристиппа Арета Киренская, которая писала философские трактаты.
– Интересно, которая из этих трех подтолкнула ее к выбору такого псевдо?
– Неплохой первый вопрос для знакомства, – улыбнулся Олесь.
– Думаю, ты опоздал! Юрий, наверное, уже получил ответ на этот вопрос, – кивнул Дан на Косача.
– А как ее зовут на самом деле?
– Не говорит. Она, как и мы, сбежала оттуда и не хочет подвергать семью опасности. В удостоверении ее имя Арета Крих. Мы все здесь сплошные псевдо.
Конечно, мало кто подписывал статьи своей настоящей фамилией. Олесь и сам не подписывался, чтобы не подставлять под удар родителей.
– И она не говорит, откуда сбежала? – поинтересовался он.
– Нет. Но думаю, что она из еврейской семьи.
– Почему так думаешь?
– Ты, наверное, не все ее стихи читал. Есть там определенные мотивы, – снова подмигнул Дан. – Ну, и много мистики.
– У Антоныча тоже было много мистики. Ну и что?
– Тогда объясню проще: у меня на такие вещи особый нюх. А еще эта обреченность, – и он продекламировал вполголоса:
– Даже так?
– Даже так. Или вот это:
Олесь покачал головой, что-то в этой девушке действительно пылало. Но его размышления прервал редактор, который уже отобрал две карикатуры: одна изображала Сталина с кровавым серпом в руках, а вторая – энкаведиста, которого народные массы сбрасывали в пропасть.
– Олесь, – сказал шеф, – ты же знаешь, что требуют немцы. Когда рисуешь чекистов, все они должны иметь длинные носы и походить на евреев. Понятно, что это идиотизм, но когда Клаус будет просматривать сигнальный экземпляр, то выест мне дырку в голове. Он страшный зануда. Вчера вставил заголовок: «Жить стало веселее». Я говорю: «Да это же прямая цитата из Сталина». А он: «Впервые слышу» и не уступил. Вот, прочитай новые инструкции. Судя по всему, они готовятся к продвижению на Восток.
Глава 25
Киев, октябрь 2019. Клейнод и его незваные гости
Клейнод открыл дверь не сразу. Сначала попросил подняться до верхнего этажа и убедиться, что там никто не затаился. Потом, когда Олег просьбу выполнил, старик потребовал, чтобы Бисмарк еще раз вышел на улицу и прошелся вдоль дома, внимательно рассматривая всех посторонних, и особенно обратил внимание на двух молодых людей в темных куртках и джинсах, которые настойчиво звонили в дверь и заявляли, что они из налоговой и которым он не открыл.
– При чем здесь я и налоговая? – приговаривал он, сопровождая Олега в комнату.
Уже знакомый Бисмарку запах сырости заставил его пару раз чихнуть.
– Я же бизнесом не занимаюсь! И пенсия у меня – смешнее не бывает! И это при научной степени и тридцати пяти годах стажа! – продолжал старик. – Вы, может, чаю будете?
– Да не против! – кивнул Олег, усевшись в кресло.
– Только у меня дешевый чай, как раньше говорили – из опилок!
– Ну давайте выпьем кофе! – предложил гость.
– Кофе? – переспросил растерянно хозяин сырой квартиры. – Я поищу!
Однако при этом старик не поспешил на кухню, а опустился в кресло напротив.
– Мне чего-то страшновато в последние дни, – перешел он на более проникновенный тон. – Я же на улицу почти не выхожу! Ну разве что мусор вынести, да и то редко!