Глава 43
Киев. Ноябрь 2019. Адик просит о помощи и обещает рассказать все
Ночью за окнами гремел гром и полыхала молниями гроза. Эти шумы то и дело выталкивали Олега из сна, в котором он опять странствовал с двумя рыцарями по южной стране Сирии. В новом сне копыта его коня не проваливались в песок пустыни. Они цокали по бесконечной, выбеленной солнцем каменной поверхности, похожей на застывшую много веков назад вулканическую лаву. Далеко впереди виднелись горы. И когда над его головой гремели раскаты грома, он смотрел в небо, видел раскаленное солнце, как зрачок огромного глаза, и белок неба без единого пятнышка, и полупросыпался, понимая, что гремит не тут, гремит где-то еще выше, в другом небе, в другой реальности.
И тут к шуму грозы добавился стук. Стук в дверь. Настойчивый и ритмичный.
– Нашла, когда прийти! – подумал Олег, поднимаясь с дивана.
Сонное состояние торопило его действия и тормозило их обдумывание. Он открыл дверь, даже не уточнив: кто за ними?
В дверном проеме, подсвеченный тусклой лампочкой лестничной площадки, стоял Адик.
– Ты чего? – только и успел выдавить из себя удивленный Бисмарк.
Адик вошел и закрыл за собой дверь. Попросил включить свет. Оставил мокрые ботинки и зонтик на полу.
Они прошли на кухню.
– Нужна твоя помощь! – Сказал он сухо. Его лицо выражало высшую степень сосредоточенности. – Надо поехать ко мне и кое-что забрать. Понял?
– А куда это, к тебе?
– На Харьковский. Вызовем такси, машина тебя подождет. Ты поднимешься, заберешь то, что я тебе скажу и привезешь сюда. Потом я уйду.
– А что случилось? – разволновался Бисмарк, уловив в возникшей у Адика ситуации момент опасности.
– Зачем тебе это? – он бросил на Олега прищуренный, недовольный взгляд.
– Ну как, зачем? Если меня там пристукнут, я хоть буду знать: за что.
– Никто тебя не пристукнет. Пристукнуть могут только меня.
– Ну, в темноте могут и перепутать. А тебя-то за что?
– За то, что мы слишком близко подобрались к… к ответу на один вопрос…
– Давай сначала выпьем кофе, а то я туго соображаю. Ты меня слишком резко из сна вытащил! – Олег поднялся из-за стола, подошел к плите. – Ты говоришь, что «мы подобрались». Если подобрались мы, то и меня могут пристукнуть. То есть нас!
– Не цепляйся к словам! – рассердился Адик. – Привезешь то, что я тебе скажу, и тогда, черт с тобой, я тебе объясню, в чем дело.
Перспектива узнать «в чем дело» оживила воображение Олега.
– Ну хорошо, – он обернулся к Адику. – Только ты тут ничего не трогай.
Адик недоуменно осмотрелся на кухне. Явно хотел резко ответить, но промолчал.
Таксист, везший Олега на Харьковский, то и дело зевал. Светофоры на перекрестках мигали желтым. Редкие встречные машины неслись со скоростью ракет. Это такси тоже летело так, словно они опаздывали на поезд или самолет. И при этом каждый зевок водителя заставлял Олега нервно всматриваться в плохо освещенную дорогу. Только когда выскочили на Южный мост, Бисмарк немного успокоился и вспомнил подробную инструкцию Адика по открыванию двери. Три замка. Сначала надо открыть нижний, потом верхний и только потом средний. Именно в этом порядке, иначе дверь не откроется.
Олега теперь разбирало любопытство. Что можно прятать за такой дверью? Ну конечно, золото тамплиеров. Или другое золото. Но если дверь такая крутая, она же сама подсказывает, что за ней спрятаны ценности? Не проще ли их прятать за такой же дверью, как у Клейнода?
– Тридцать шестой? – уточнил водитель, притормаживая у многоэтажки.
– Да. Второе парадное, только вы не подъезжайте. Можете подождать тут?
– Только недолго, я уже домой хочу!
– Я быстро! – заверил его Олег.
В воздухе ощущалось приближение первых заморозков. Еще отдаленное, но неизбежное. В многоэтажке горело одно окно на верхнем этаже. Наверное, на двадцать четвертом. КвартираАдика на шестнадцатом. Код два-три-пять. Слишком простой. Нажал тремя пальцами и дверь в парадное открылась. Перед тем, как войти, Олег оглянулся. Неподвижность ночного мира успокаивала. Машина, на которой он приехал, стояла сбоку от дома на подъездной дорожке с выключенными фарами. Словно припаркована на ночь.
Лифт поднял Бисмарка на нужный этаж. Третья дверь слева не так бросалась в глаза, как ожидал Бисмарк. Только замки на ней были одеты в «броню», то есть сердцевины замков были защищены накладными металлическими панельками, которые не позволяли легко расколоть или выбить их с помощью узкой стамески и грубой силы.