- Зато теперь понятно, почему кнеза считают страшненьким.
- Думаешь, он непочтительными эту кучу откармливает?
- Я не успел по пятке определить, сильно ли она непочтительная, но она, безусловно, была вполне себе пяткой, - рассудил Чумп. - Ну, и на содержание узников тратиться не приходится, и на тюремную охрану, да и на все виды процедур. Прогневал кнеза — иди в погреб, тут тебе будут сразу судья, присяжный, палач и место упокоения.
Хастред нахмурился.
- А самых ушлых и загонять сюда не надо, мы сами проберемся.
- Ну, как пробрались, так и выберемся, - Чумп покосился в сторону, из которой они пришли. - Не выглядит оно очень уж прытким... хотя большое — это да, не отнять. Убежать, думаю, сумеем. Пока я воодушевлен этим известим, можешь рассказать, как мы прикончим эту погань.
Книжник серьезно задумался, пришлось даже дубинку зажать под мышкой, чтобы освободить руку для чесания в затылке. Перебрал разрозненные сведения из двух дюжин источников, сделал в уме пару допущений, которые сам же немедленно опроверг, еще и посмеявшись над собственной наивностью, и ответил наконец без энтузиазма:
- А никак.
Чумп косо на него глянул.
- Ты буквально провоцируешь меня сбегать за анаралом. Он не такой умный и грамотный, так что из этой штуки по-тупому зачерпнет ведерко и этим же ведерком ее забьет как виноватого суслика.
- Да, да, да. Еще вон за супругой моей можешь сбегать, она тоже испепелит за милую душу, заодно и полтерема выжжет вместе с нашим странным, условно гостеприимным хозяином. Но ты ж спросил как МЫ ее прикончим, а это весьма точно описывается словом «никак». Если подойдем так, чтоб она нас почуяла, она нас схарчит быстрее, чем мы ее задубасим.
Ущельник воззрился на Пудинг с неудовольствием.
- А если сходить поискать камней каких?
Хастред безнадежно отмахнулся.
- Камень такой, какой ему навредит, мы и с места не сдвинем. Мелкие камни пользу принесут, только если в глаз кидать или там в сустав какой, а у него ни того ни другого. Палка такой длины, чтоб он не понял, откуда его лупят, под своим же весом обломится. А если, к примеру, его рубить хорошим топором или там мечом, то отсеченные куски сами по себе начнут против тебя действовать, ну и плюс к тому оружие об него поплавится. Нет, старина, это не та штука, с которой ты хочешь закусываться.
- Но он же нас слабаками сочтет, если мы драться не станем?
- Было б интересно посмотреть, что ты по этому поводу предпримешь, - хмыкнул Хастред. - Но увы, истина дороже — никем он нас не сочтет, у него считалки нет. Он, как бы это сказать... а вот так и сказать — слизь он, ни больше ни меньше. Ни разума, ни сознания, только что жрательный рефлекс неуемный.
- Почти что родственник получается, - вздохнул Чумп. - Ладно, пусть живет... если вдруг все же ты ошибаешься и оно что-то понимает, то пусть считает, что мы его благородно отпустили. Вон и лючок наш, нам туда.
- Ээээ, - Хастред предостерегающе воздел руку. - Неприятно тебе говорить, но в лючок нам не попасть.
- Чего это?
- А он вон, как видишь, не более чем в сажени от этой гадости.
- Так мы ж тихо подойдем. Кое-кто может и сапоги снять, чтоб подковами не грюкать.
- А ему неважно. Здесь мы хоть песни петь, хоть танцевать можем, не заметит. А вон примерно за той чертой, где лежат чьи-то ребра, он нас почует, хоть бы мы и невидимостью облеклись или крылья отрастили.
Чумп недоверчиво потряс головой.
- Кабы так, эти штуки включались бы во все комплексы безопасности, а я такого еще никогда не видал. Ни в одном дворце.
- Это потому, что вонь и необучаемость перевешивают сверхъестественную зоркость. Дварфы, кстати, вроде бы держат специальную породу в своих Великих Закромах. Такую вывели, чтоб золото не растворяла, так что их золотой запас прямо внутри нее хранится.
- Немного ж у них золота, если все в такую штуку помещается.
- Я так думаю, та немного побольше этой, - Хастред задумчиво поскреб спину поленом. - Раз, может, в тысячу, если не в сто тысяч.
Чумп досадливо сплюнул. То ли имел какие-то планы на проникновение в Великие Закрома (а они, если что, дварфийский народный секрет почище этих ваших Бездн), то ли огорчился от мысли, сколько в мире совершенно бессмысленной биомассы, от которой никак не помогут годы тренировок в скрытности.
- То есть что, зря мы старались, сюда лезли?
- Вообще-то зря ничего не бывает. Узнали кое-что новое о мире и о хозяине... и о том, что лучше его почем зря не выбешивать.
- А ты небось еще и сцену какую-нибудь придумал похабную для очередной пиесы?