Напукон задумчиво посмотрел на свою палицу — человека бы ею оглушить милое дело, а вот такое бесконтрольно разросшееся?...
- В определенный момент мощь гипофиза иссякает, так то до небес огры не вырастают, - закончил свою краткую лекцию Хастред. - Но в два исходных роста и в восемь-десять толщин вымахивают за милую душу. Есть еще, слышали должно быть, огры-маги, так это те же самые огры, только из магов получившиеся. Они, конечно, атрибутикой не пользуются, круги не рисуют, посох не удержат, в зубах ковыряться разве что, но ввиду телесной мощи простые заклинания творить могут на ходу, как эльфы. Только у эльфов, конечно, пропускная способность тела много выше, а у огров как у обычных хумансов, зато функциональной массы этого плохо способного тела достаточно, чтоб запитать магию. Что бы вам еще поведать?
Альций и тому, что уже услышал, оказался не рад. Какой-то он вообще случился безрадостный, всесторонне тревожный и непонятно зачем надобный — ведь если там правда крупный камень или дерево упало, нарушив целостность магического круга, небось двигать его откажется, сославшись на свой профиль специалиста умственного труда. Он и от щедро предложенного набивного доспеха отказался, и оружия себе не истребовал, хотя и Хастред, и каптенармус настойчиво предлагали прихватить хоть копьецо, хоть топор какой. А это для мужчины странное поведение. Книжник, будучи великим знатоком и мастером шаблонных сюжетных ходов, даже заподозрил в маге скрытую девицу, но на подбородке у того тихонько начинал курчавиться юношеский пух, прародитель бороды. Да и сообразно правилам жанра переодетая девица должна не робость проявлять, а при всяком случае лезть на рожон, демонстрируя таким образом свои глупые бабские представления о маскулинности.
Оставить его надо было при кнезовом круге, пусть бы оттуда проверял восстановление целостности.
- От себя добавлю, что по моим наблюдениям огры не особо бдительны, - сообщил Чумп. - С глазами у них нелады, по крайней мере у тех, которых я встречал. За слух не скажу, но когда огр шевелится, он непременно за все цепляется, что-то ломает, топочет, хрустит, короче говоря сам себе мешает что-то отдаленное расслышать. Имейте в виду на случай, если вдруг завидите эту образину — еще не все пропало, не паникуйте и осторожненько от него убирайтесь.
Напукон тоскливо вздохнул, прикинув шансы прокрасться в своем стальном кочане мимо огра, пусть даже спящего. Говорили же ему, слушать надо было... А впрочем, уж наверное не ради огра он так наряжался. Ждал, может быть, что из леса выскочит новая партия лесных братьев, нарываясь на гол престижа?
- А сколько живут эти огры? - поинтересовался рыцарь неожиданно.
- Это не скажу, - отозвался Хастред. - Огры не шибко умны, чтоб делать над собою необходимое усилие, а по умолчанию характер имеют столь скверный, что никто еще не жизнеописал ни единого огра до самой его естественной кончины. Обычно их аппетит неуемный начинает причинять беспокойство ближайшим жителям, так что их выбивают, не дожидаясь, пока выйдут на пенсию.
Рыцарь встрепенулся.
- Так убить их можно все-таки?
Чумп неприятно хихикнул и потряс головой, словно смешную шутку услышал.
- Да конечно же, можно их убить, - откликнулся Хастред с легким раздражением от непонятости. - Я ж только что описал, что огр из себя представляет. Тот же человек, только большой очень. Человеки будь здоров как убивабельны. А что боли не чувствует, так это значит только, что не поймет, когда драка проиграна и удирать пора настала. Есть профессия такая — убивцы чудовищ, так у них огр почитается за цель начального уровня, ибо есть орешки и много тверже.
- Так а чего мы тогда трусим?
- Мы не трусим, - Хастред покосился в содрогнувшуюся спину Альция и поправил сам себя - Не трусость наши шаги определяет, чтоб быть точным. Никто не бьется с огром с лихого наскока, на его территории, в компании ножевика, консервы и обосранца.