Гоблины переглянулись.
- Вот мы сейчас выйдем и оставим вас между собой разбираться, кто чья добыча, - объявил Хастред. - Покамест это мы тут твою боярскую задницу из полона извлекаем... обе, вообще-то, ваши задницы, и может еще не поздно его признать за настоящего.
- Если, конечно, боярин нам ничего не предложит за такой подгон, - добавил Чумп. - Скрижали не получил, деньги казенные профукал, так теперь помчался искать, чем хозяина умилостивить? За наш-то счет?
- У нас, служивых людей, правила простые: не огорчай вышестоящего, - объяснился Феодул, болезненно кривя физиономию. - В самом крайнем случае, если уж совсем плохи дела, и никак этого не скрыть, нужно заявить «а вот зато!...» и потешить властную персону хоть бы и ерундой, да приятной. А какую еще приятную ерунду отыщешь в этих мерзких казематах?
- А скажи, что вскрыл заговор местного кнеза, - предложил Чумп. - Тем более что это даже правда. Кнез — ух какой поганец, ну да ты уже на своем горбу прочувствовал. Деньги отобрал, скрижаль не отдал, подменить тебя пытался, вероятно чтоб заслать шпиона в стан тиуна, а тебя, оригинал то есть... Ну, тут в меру фантазии, моя, например, не раскорячивается так, чтоб объяснить, кому ты зачем нужен.
Хастред как раз натягивал кольчугу и из недр ее гукнул сочувственно.
- Вот такие, сударь, новости — они за «а вот зато!...» не сойдут, хоть убейте, - плаксиво возразил боярин. - Понимать же надо, что хорошие новости — это навроде того, что мол сидит уважаемый человек, в ус не дует, кушает рыбку там слабосоленую или смотрит на портреты благородных предков, а тем временем у него поприбавилось... имущества там, веса в обществе, настроения. А какой тиуну прибыток от того, что под боком у него сыскался вредоносный предатель? Напротив, одни убытки, придется всем объяснять, почему за годы его не разоблачил. А то еще выяснится, что за тем кнезом стояли люди серьезные, а разве же серьезные люди ставят на посты злодеев? Назреет конфликт, и угадайте, кого на растерзание выдадут, коли выяснится, что тиуну недосуг с теми людьми ратоборствовать!
Чумп погрузился в гадания, хотя боярин изо всех сил ему подсказывал, то значительно оглаживая свою бородку, то поигрывая бровями, а то даже тыча себя во впалую грудь кривым пальцем.
- Затрудняюсь ответить, - изрек наконец ущельник. - Эти ваши политические игрища не для слабых умов, как я погляжу. И все еще не вижу, чем ты, достопочтенный боярин, с нами за помощь собираешься рассчитываться.
- А? - переспросил Феодул растерянно.
- Ну, ты ж понимаешь, по долгу службы за тобой только рыцарь бросился... как ты только что любезно объяснил, не из большой личной преданности, а чтобы тиун попреками не завалил по самую маковку. Вот этот еще, - Чумп с подозрением бросил взгляд на Альция, оценив посадку на том штанов. - За посохом своим, но ему по пути было. А мы с другом могли бы сразу мимо... и, Стремгод мне свидетель, нам бы и стоило отказаться, заняться своими делами.
Хастред покивал для солидности, хотя сильно сомневался, что кнез дозволил бы им остаться и отсидеться в его крепости, а под шумок обнести сокровищницу. Хотя, вполне возможно, так было бы гораздо удобнее для всех участников.
- Помилуйте, сударь! Чего ж вы с меня хотите, и так догола обобранного?
- Штаны дело наживное, а вот клич кинуть от имени представляемого вами тиуна... - Чумп озадаченно моргнул, глядя на кислую ухмылку Хастреда. - Эй, чего тебе не так?
- Ты ж сам говорил, никто за нас нашу работу не сделает.
- Так только для того и нарушаю баланс, ввязываясь в чужую работу, чтоб прогнуть зловредную карму и вытрясти с нее воздаяние. Мы кому-то пособим, а кто-то пособит в ответ и нам.
- От имени тиуна вещать себе дороже, да и было бы для кого, - уныло вразумил боярин. - Люди кнеза уж вестимо его слушать будут, а не иных, пусть и высших чинов. Старинное правило, про «вассал моего вассала»... к тому же тиуна они отродясь не видали, а кнез свой, рядом, на березе вздернуть или четвертовать — с него станется.
- То есть мы совсем уж зря кровь проливали, - насупился Чумп. - Да, я тоже пролил, до крови задницу стер о седло, пока доскакал. Всего успеха — один мужик, непонятно зачем надобный.
- Делай добро и бросай его в воду, - подал трепетный голосок Альций, который мигрировал по каверне, стараясь держаться подальше ото всего, что его пугало; а поскольку пугало его ровно все — зловещий оборотень, циничный Чумп, окровавленный Хастред и феодуловы выхлопы (способные сделать честь любому коровьему стаду на выпасе) — то мотало беднягу по всей площади, нигде не давая найти покоя.