- Странные у вас ваши, - буркнул рыцарь, разминая пальцы.
- Наши наши — всем вашим наши, - отрезал гоблин.
- Если б я умел огненный шар, - проскулил Альций мечтательно. - А это нет, это всего лишь магическая стрела.
Над головами шурхнуло, и Чумп съехал по канату, на котором скользила вниз клеть. Как раз успел вовремя — днище с хрустом нахлобучилось на груду полупрогоревших ящиков, давя их и вспучиваясь, а потом проломилось вовсе. Ущельник ловко соскользнул вперед, в темноту давно отработавшего забоя, где звенело оружие и хрипели умирающие. Лука с собой у Чумпа не было, так что он вытянул из ножен за спиной кхукри и нырнул под стеночку, чтобы не путаться под ногами у тяжелой пехоты. Всего света тут было — пара чадящих факелов в кольцах на стене, и Чумп талантливо сумел избежать обоих. Как уже известно бдительному читателю, воевать он предпочитал правильно, а в правильном воевании очень важно использовать помощь союзников, и темнота была Чумпу самым близким другом и соратником.
Хастред и Напукон свалились с разваливающейся клети вслед за ним. Книжник сразу различил впереди бьющиеся фигуры, хотя разобрать рисунок на табарде или хотя бы форму одежды не взялся бы... надо подойти поближе. Однако после первых же двух шагов признал в самом центре свалки знакомую монументальную фигуру и выдохнул облегченно, как у него всегда непроизвольно получалось в присутствии генерала.
Панк сражался сдержанно и экономно, гигантский меч так и оставался за спиной, вместо него генерал орудовал кошкодером и щитом, больше заботясь о том, чтобы прикрывать своих, чем о личных достижениях. Ему давно уже никому не надо было ничего доказывать. Щит отшибал в сторону вражеские клинки, меч скупыми движениями хряпал по руке или шлему, оставляя обезоруженного или оглушенного на добивание соратникам. Какой-то умелец вынырнул из-за спин и наскочил на генерала, замахиваясь кинжалом; но прежде чем Хастред собрался дернуться вперед и что-нибудь предпринять, Панк с резким выдохом выжал прыгуна над головой на щите, вложив спиной в низкий потолок до хруста костей, и элегантно вывернулся из-под тела, позволив ему шмякнуться о пол. Видать, хорошо кормят в Капелле, да и отказ от беспробудного пьянства благотворно сказывается; Хастред не был уверен, сможет ли сам так одной рукой кинуть над головой целого хуманса, и решил на всякий случай потом проверить на Чумпе.
Бойцы Вольного Корпуса бились эффективно и слаженно, бальзамом на сердце Хастреда предпочтя рыцарскому честному поединничеству тактику волчьей стаи; чередуясь, принимали удары, раскрывали противника и поражали с наиболее уязвимой стороны. Некоторые сражались традиционными прямыми мечами, но таких было меньшинство. Разведчики — не штурмовики, им не ставится задача проламывать строй тяжелой пехоты, а против легких, кое-как одоспешенных бандитов кривые клинки были уместнее. Среди классических шамшеров и кракемартов Хастред не без удивления опознал дварфийскую саблю нювейдао и даже пару эльфийских блейдов, не иначе как трофейных.
Рыцарь промчался мимо, с завыванием набирая силу и собираясь обрушить меч на первого, кто не спрячется. Генерал разглядел его издалека и поступил предусмотрительно — крутнулся на пятке и ударом другой отправил навстречу несущемуся человеку-лавине одного из своих противников. Напукон рубанул наотмашь, воткнув меч в плечо и прорубив до самой грудины, а на излете ударил в спину плечом, отослав бандита туда, откуда его подбросили. Генерал, как оказалось, чего-то в этом роде ждал и принял подарок на ломовой фронт-кик, снова адресовав уже безжизненное тело рыцарю. Погасшей инерции Напукона не хватило, чтобы отбросить труп далеко во второй раз — он просто сшиб его под ноги, запнулся об него и тяжело грохнулся сам, подняв гул на весь забой.
Вот и ладушки, а то впотьмах задел бы кого-нибудь не того, потом бы не расплатился.
- Убийцыыыы! - завизжал за плечом у Хастреда совсем выпавший из внимания маг, и сиреневый шарик магического снаряда метнулся наудачу в толпу сражающихся. Генерал недоуменно задрал бровь и вальяжным жестом выставил щит, поймав стрелу в него прежде, чем она успела найти себе жертву. На другой стороне забоя, распознав применение магии, выпрямилась в рост темная фигура, тоже с посохом в руках, и зажгла на конце своей палки ядовито-зеленый шар кислотного заклинания, да такой насыщенный, что Хастреда мороз продрал по коже.
- Отставить магию! - завопил он во весь голос, для верности шагнул к Альцию и попытался выдернуть из его рук посох, пока тот не усугубил. Мажонок, однако, слишком многое перенес, чтобы так просто расстаться с драгоценным предметом. Сил против гоблина ему явно не хватало, но он удумал хитрое — упал и повис на посохе, волочась за ним, как прилипшая сопля. Хастред попытался его стряхнуть, но тот висел цепко; попробовал поднять на посохе, так что тот захрустел и начал выгибаться, но бдительный маг перебрался поближе к центру тяжести. Занимаясь этим, книжник совсем упустил из виду, как именно генерал совладал со своим волшебником, который явно был не чета Альцию по калибру. Однако ядовитого облака, способного растворить плоть и заставить ее стечь со скелета, не прилетело, а пока возились на обоих концах фронта, подошло к концу и сражение. Полдюжины разбойников покаянно повалились на колени и задрали руки, сдаваясь на милость победителей. Деловые бойцы Корпуса резать глотки не стали, только отобрали оружие, наскоро проверили, насколько возможно в потемках, на предмет утаенного и погнали к выходу из забоя.