- А с тобой что? - вопросил книжник. - Весенняя линька? Куда свои латы дел?
- Так не мои же они, - застенчиво объяснил рыцарь. - Тиуна. Снял, в мешок сложил. Либо сам отвезу, отдам, либо боярин обещал поспособствовать. Кольчуга тоже его, но без нее мне б совсем не по себе было... поношу пока.
- Дозрел, - похвалил Чумп. - Глядишь, годам к пятидесяти до кинжала додумается.
Рыцарь переступил с ноги на ногу, демонстрируя смятение. Сапоги на нем были чужие, видимо снятые с одного из трупов. Перчатки, за пояс заложенные, тоже оказались заемными, из плотной мешковины.
- Я чего хотел-то. Вы же за кнезом идете?
Чумп завалил голову набок, оглядел рыцаря оценивающе.
- Не то чтобы... но скорее всего и с ним разойтись бортами не получится.
- Тогда позвольте с вами, - Напукон стукнул себя кулаком в грудь. - И вам я задолжать успел, и кнезу тоже должен... объяснить, как поступать не можно.
- А потом куда денешься, с такой репутацией?
- А кто ее узнает, репутацию-то, - ухмыльнулся рыцарь кривовато, как-то совсем не по-рыцарски. - Кроме того, если вдруг кто и разнесет, то на фоне гоблинов меня едва ли приметят.
Чумп задумчиво покосился на Хастреда.
- Ты его покусал, что ли?
- Сквозь его-то скорлупу?
- А чего с ним тогда? Ишь, в народные мстители вырядился.
- Да вон с тем, старшим, поговорить случилось, - Напукон мотнул головой в сторону генерала, выстраивающего пленных. - Слово за слово, я ему про честный бой, про доблесть, про как положено и предписано, про ранги и ранжиры... а он мне: вот в мои времена рыцарей другое волновало. Что же? - спрашиваю. А он говорит... - рыцарь запнулся и покраснел под шлемом.
- Бабы, - подсказал Хастред.
- Как в латах по-большому оправляться, - допустил более прагматичный Чумп.
- Справедливость.
Напукон беспомощно всплеснул руками.
- Я б и хотел возразить, а ничего в ответ не придумалось. Ну, а раз не возражается, то стал думать, в чем бы она, справедливость эта, сейчас могла выразиться... ну и вот.
- Интерееесно, - протянул Хастред. - А генерала-то кто покусал? Справедливость? Серьезно? С каких это пор?
- Да известно, кто их всех перегрыз, - отмахнулся Чумп. - Заразительный он у них все-таки, только тролли такими и бывают. Ну, еще змеи и, говорят, некоторые пауки, но тролли имеют особую убедительность. Ты, сэр Бздуниил, как будешь в их лагере, пообщайся с этим их... с Мортом. Такой шанс не каждый день подворачивается.
Рыцарь скрипнул зубами, но поправлять не стал.
- Так могу ли я с вами выступить... за справедливость?
- За справедливость, пожалуй, мы не впишемся, а то ведь в обратку прилетит. А вот лишняя пара рук вредна не будет, - рассудил Чумп. - Раз уж ты наконец расчехлился... и я сейчас скорее про разумный отказ от избытка брони, чем про идеологическую компоненту... Почему бы не предоставить тебе шанс опробовать новую стезю. Но имей в виду, мы не то чтобы прекрасные прынцы, хотя я, например, симпатичен, а Хастред прынц хотя бы по жене. Придется рубить — будешь рубить, и не приведи тебя Гого заартачиться насчет того, что мол слишком в спину или, например, недостаточно доказательств сквернавства.
Напукон призадумался, потом решительно кивнул.
- Во имя справедливости, всяк кто встанет на нашем пути, да будет отвален с него в сторонку, где никому уже не воспрепятствует.
- Не то чтобы я имел что-то против справедливости, - заметил Хастред. - Но, кажется, меня всерьез раздражает фанатичное отношение этого парня к чему бы то ни было.
- В чем же прок относиться к чему-то без страсти? - возмутился Напукон.
- А целее будешь, - подсказал генерал, подошедший незаметно, хотя и топал как небольшой слон. - Эта ваша пламенная страсть, она придает шибко много интервенции.
- Инерции, - со вздохом поправил Хастред.
- Да-да, этой самой хренотени. Рано или поздно занесет, не успеешь ноги из стремян выдернуть.
- Поза неустойчива и шатка и открыта шея для петли, - припомнил книжник изречение любимого классика.
- Только это очень некрасиво — втянутую голову держать, - отбился рыцарь внезапной цитатой оттуда же. - Постараюсь глаза не мозолить своей, как вы изволите выражаться, фанатичностью... но и вы уж отнеситесь с пониманием. Кстати, достопочтенный Громобой, тут такое дело... меч мой тоже принадлежит тиуну, и учитывая, куда я отправляюсь... Нельзя ли испросить у вас из трофеев какой-нибудь предмет на замену, чтоб этот я приложил к мешку с доспехами и не рисковал его опорочить избыточно страстным деянием?
- Загнул так загнул, - одобрил Чумп.