- Мне, если позволите, видится предосудительным и опрометчивым хождение через окна, когда есть дверь, - внес свои два дробля Напукон. - Мы же не ночные разбойники, явившееся сюда с единственной целью ограбить хозяина!
- Ээээ... - протянул Хастред мучительно. - Нет... ?...
И воззрился на Чумпа в поисках поддержки.
- Да чтоб вас, - всплеснул руками Чумп. - Вы как в дурацком кукольном шоу, ни о чем договориться не можете. Ну вас к лешему... не к тому лешему, тот леший делом занят... пошли через дверь. Не через парадную, но все-таки.
- Ничего не в кукольном, - обиженно проворчал ему вслед Хастред, но ущельник уже целеустремленно топал к задней части терема и только отмахнулся. Что ж, заход через подвал едва ли чем был хуже... правда, залезши в окно, можно было вообще никого не встретить, если ординарец вместе с кнезом покинул поместье, а у подвальной двери все же должны были скучать дежурные остолопы. Но могли, с другой стороны, и на самого кнеза нарваться, должна же и на чумпову безошибочность найтись проруха.
У двери в подвал нынче был всего один охранник, и тот приплясывал от нетерпения, таращась в сторону парадных ворот, трясущихся под напором голема. Там собралась такая себе небольшая армия — десятка полтора, а то и два, кто в полной боевой выкладке, кто наспех нахлобучив шлем и держа кирасу спросонья под мышкой. Светили факелы, но даже Хастред давно уже знал, что держащий факел больше подсвечивает себя для таящихся в темноте, чем высвечивает оных таящихся. Чумп уже поволок из ножен дагу, но книжник, по природе своей мямля и доброхот, его решительно обогнал и ухватил недотепу-стражника сгибом локтя под горло — удушающий захват из дварфийских боевых искусств, с успехом применяемый на животных много крупнее хуманса. Бедняга попытался не то закричать, не то закряхтеть, но с передавленной глоткой не преуспел ни в том, ни в этом. Несколько секунд он трепыхался, будь посмекалистее или похладнокровнее, мог бы попытаться привлечь внимание, стуча о стену щитом... но не был. Сознание угасло, как последний уголек, будучи накрыт котелком.
Чумп недовольно помотал головой, но возражать не стал. Вместо этого вытащил из кармана свой набор отмычек и присел над замком. Хастред аккуратно опустил тело стражника на землю, прощупал широкий кожаный пояс и нашел за ним, помимо кинжала, еще и массивный ключ; однако пока извлек, отцепив бородку от пояса, пока придумал победную фразу и развернулся к Чумпу, тот уже одолел замок своими силами, так что ключ Хастред со вздохом сныкал на память за собственный пояс, благо размер способствовал.
- Вперед, истребители пороков, - что прозвучало бы пафосно, если бы изрекал не Чумп. - Чего застыл, сэр эээ... как там я тебя еще не обзывал?
- Вы ж сказали, что там, во тьме, таится полужидкий ужас, - объяснился Напукон застенчиво.
- Таится, таится. А если нет, то, чувствую, ты там сам его организуешь. Пошел!
В обычных обстоятельствах Чумп едва ли преуспел бы в заталкивании ощутимо более крупного рыцаря в темноту подвала, но удачно получилось, что поборник справедливости робел и пасовал перед авторитетами. В дверях споткнулся, рухнул наземь, выжил, выздоровел, встал... вот смотрите-ка, еще и не сделал толком ничего полезного, а уже живет как в песне. Что значит — праведный образ жизни.
Хастред с собой прихватил и свою жертву — нечего ей валяться посреди двора, наводя прохожих на мрачные мысли. Сгреб за шкирку, проволок, вспахивая мерзлую землю, во тьму и со стуком свалил куда-то в сторону дощатой тары. Под стражником хрустнуло, какое-то мелкое круглое раскатилось по всему подвалу.
- А вот на картошке ты споткнуться при отступлении не боишься, - язвительно поддел Хастреда Чумп, закрывая за собой дверь изнутри подвала.
- Картошку я раздавлю, если отступать буду со всем прилежанием.
- И то верно. Рыцарь? Ты там живой?
- Прижался к стене и готов давать отпор слизням, сударь. Надеюсь, они не подкрадутся незамеченными и не будут жидки настолько, чтобы клинок об них только пачкался, не нанося вреда.
- Только с полужидким тебе и воевать, предприимчивому такому. Держись за мной, не отставай... и башку мне постарайся не оттяпать, по крайней мере пока не за что.
- Ой ли, - усомнился Хастред в меру отпущенного природой сарказма, но тут же споткнулся на картошке и, как в той малоизвестной балладе о злоключениях незадачливого писателя, сам назначил себе — мол, играй да помалкивай.
Темно в подвале было — хоть глаз выколи, даже гоблинские глаза ничегошеньки не различали, но Чумп, как быстро выяснилось, к таким мелочам жизни был привычен — он шел, почти не снижая скорости и, судя по звукам, поводя перед собой дагой на предмет обнаружения препятствий. Рыцаря Хастред снова поймал за плечо, едва не схлопотав панический удар в ответ, и направил вдогонку удаляющемуся постукиванию.