- Понял, понял, - откликнулся Чумп. - Отпереть, так и быть, отопру. Но если там, например, кнегиня, а она ого какая баба, может и задавить, если навалится с толком... Ну, на свой страх и риск действовать будешь.
- С кнегини спросу нет, - рассудил рыцарь. - Баба же, в смысле женщина. Но взглянуть должно... вдруг и сам он... или не девался никуда, или, например, как пристало трусам под кроватью хоронится.
- В шкафу опять же, - хмыкнул Хастред ехидно.
- Да вот не похож сей кнез на того, кто в шкафу или под кроватью будет прятаться, - раздумчиво протянул Чумп, а потом четкий механический щелчок ознаменовал его победу над устройством. - Хотя, конечно, проверяй. Не мое, не жалко. Все обсудили? Я открываю.
Рыцарь потянул из ножен гроссмессер, но на лестнице не нашлось места достаточно, чтоб вытянуть длиннющий клинок полностью. Тихо бурча что-то нелестное, Напукон отступил назад в подвал и там таки справился с миссией, обнажив добрых два аршина остро отточенной стали.
Чумп потянул дверь, и Хастред опять втянул голову в плечи, ожидая взвизга, но ничего такого — тяжелая створка беззвучно провернулась на хорошо смазанных петлях.
В средних размеров комнате, открывшейся за дверью, оказалось несколько светлее, чем в подвале: тут, по крайней мере, на стенах расположено было несколько крупных кристаллов, не то чтобы источающих свет, а правильнее сказать поглощающих темноту. Вокруг них мрак был ощутимо менее разреженным, темно-серым, а не непроглядно черным, и гоблинские глаза, особенно после глухой подвальной тьмы, охотно различали в этом сером сумраке угловатые очертания мебели.
Чумп поднял над плечом сжатую в кулак руку, призывая к подчеркнутой осторожности, и беззвучно потек в глубину комнаты, уверенно огибая столы, сундуки и ящики. Сделав несколько шагов, огляделся и неодобрительно покачал головой. Хастред как мог тихо, неся бердыш в руке так, чтобы пятка древка не касалась пола, вдвинулся следом, повернулся в ту же неодобренную сторону и интуитивно сам повторил Чумпов жест — там была еще одна дверь, видимо в кнежескую спальню, и вот по периметру этой двери пробивались тоненькие полоски света. Кто-то по ту сторону не жалел лампады... неужто кнегиня по ночам читать горазда? Вот это была бы совершенно внезапная находка, очень подходящая для очередной пиесы, но плоховато вписывающаяся в суровые жизненные реалии.
Чумп, посозерцав подозрительную дверь несколько секунд, пожал плечами и вернулся к своей миссии. Прежде всего он придвинулся к дальней стене, вдоль которой выстроился ряд стеллажей вроде книжных шкафов, и тихонько потек вдоль них, легким движением рук ощупывая содержимое. Вот когда можно пожалеть, что предмет, за которым охотишься, размером меньше ладони. Но это пока ищешь, жалеешь что маленький, как начнешь с ним ноги уносить — сто раз возрадуешься, что не большой.
Напукон последним вломился в сокровищницу, едва не выколов Хастреду глаз острым концом своего ковыряльника — не со зла, просто ему-то по-прежнему недоставало света, чтобы хоть как-то ориентироваться. Книжник успел сцапать его, прежде чем рыцарь напоролся на ближайший стол и посносил с него маленькие витринки, шкатулки и коробки, которыми тот был заставлен; притиснул палец к его носу, требуя соблюдать полную тишину, и потянул за собой к подсвеченной двери, стараясь не топать, а для этого протягивая по полу подошвы сапог. Кажется, начала отставать подметка на правом... эх, вот вам и щегольская городская мода.
Рыцарь послушно проследовал до места назначения, там привалился к стене, чтобы не рисковать что-то уронить, склонил к щели между дверью и косяком ухо и принялся во что-то по ту сторону вслушиваться. Скорее всего, слушать там было нечего, иначе Чумп бы сразу расслышал, но пусть занимается чем хочет — меньше вреда причинит. Сам Хастред, неуклюже приняв бердыш под мышку, отправился внести свой вклад, шерстя содержимое столов. В прошлый раз кнез обернулся очень быстро, значит, хранит каменюку не в каком-то запертом сундуке... да и то сказать, ценности в ней отнюдь не столько. Поначалу под руку попадались слишком легкие коробочки, которые даже открывать было не нужно — вес ключа Хастред себе неплохо представлял, но потом пошли шкатулки тяжелые, им пришлось поднимать крышку и в силу недостаточного света шариться пальцами. Под них подвернулись в одном случае непонятной формы, но на ощупь металлические предметы, в другом монеты, и после короткой внутренней борьбы Хастред вернул шкатулку на место. Потом, конечно, пожалеет, но и так на поясе увесистый кошель, полученный от Иохима, а если зариться на всякое, что попадает под руку, то в конечном итоге надорвешь пуп и будешь вынужден мучительно выбирать, чем же пожертвовать. Какие-то полотнища, от одного из которых все пальцы прострелило магией. Здоровенный, с два кулака, сложно ограненный кристалл в тонкой металлической оправе, тоже с магическим отголоском, но гораздо более слабым. Графинчик, в котором на встрях продиагностировалась густая жидкость. Отхлебнуть? А вдруг кнез от Пудинга отлил немножко, так сказать про запас? Ложка не ложка, жезл не жезл... ваджра какая-то, но безо всяких магических признаков.