- А лучше поехать тиуну доложить, какие дела творятся, - добавил Хастред. - Вомпера легко выявить, он хоть и неотличим от человека, но подержи его под надзором неделю, и без своего особого кормления он чахнуть начнет. Не уверен я, правда, что быть вомпером такое уж преступление, едва ли своды уложений всякую ересь предусматривают, но умело развернувши сию оглоблю, хоть кого можно наподдеть.
Чумп уже шмыгнул вдоль стены терема налево, оказавшись ничем не отделен от толпы вояк, собравшихся у главных ворот. Жестом назад дал приказ пригнуться. Очень толковый приказ, ведь глаз человека способен вычленить и распознать фигуру по общим очертаниям, а когда ты сгорблен и скукожен — шанс, что тебя распознают даже в прямой видимости, сильно уменьшается. Хастред с кряхтением согнулся сам, наподдал рыцарю, дабы напомнить о принципах сотрудничества, и пошуршал следом за Чумпом.
Чумп уже успел добраться до дальнего угла терема, а Хастред и с ворчанием тащащийся за ним Напукон миновали парадное крыльцо, когда мимо подвальной двери пробежал посланник кнеза — тот самый, молодой, что на двери стоял — и пронзительным воплем привлек внимание своих воинств.
- Эй там! Отставить чушью маяться! В крепости вражние лазутчики! Подняться на стену, перекрыть пути к отступлению! За каждую голову специальная награда!
- А я говорил, - прошипел рыцарь. - Надо было сразу биться выходить, прежде чем они тревогу подняли!
- Сдадим его голову за специальную награду? - предложил Чумп, мрачно поблескивая в темноте желтыми глазами.
- Враги ж во врата стучатся! - возопили в ответ вояки.
- Чудище того гляди ворота вынесет!
- Где кнез? Кнез где? Убили кнеза?!
Будь тут Кранция, Хастред бы предположил, что автор последней реплики выискивает приличный повод сдаться, но климат в здешних краях куда суровей кранцузского, мольбы и стоны здесь не выживают, хватает и уносит их поземка и метель, так что скорее подразумевался запрос на разграбление осиротевшего имущества, включая кнегиню, но, само собой, ею не ограничиваясь.
- Отставить болботание! - взревел ординарец. - Кнез полностью контролирует ситуацию и требует беспрекословного исполнения приказов! Четверо на врата, отражать натиск чудища, остальным по стене и двору рассеяться, искать супостатов! А то толку от вас, под вратами жмущихся...
- Некрасиво выходит, - вздохнул Чумп, заметив, что ряды ратников дрогнули и начали исполнять приказ. - Где б укрыться-то, чтоб хоть не все сразу навалились?
Вообще-то тут бы не укрываться, а самое время ускориться, но лестниц на стену было всего раз-два и обчелся, и как назло две очевидные — ближе к осажденным воротам, в зоне контроля толпы. Еще парочка должна быть по другую сторону терема, возле вторых ворот, но проскочить с наскоку мимо незнамо кого показалось планом глуповатым и наивным, имеющим шанс опорочить неудачей безупречную гоблинскую сваливательную тактику. Уж дешевле пересидеть, пока Плетун ворота выбьет и местное воинство сосредоточится на нем.
- А вон туда давай, - Хастред махнул рукой в сторону смутно знакомой хибарки, с какой-то радости внушившей добрые ожидания. Ах да, там старичок-лекарь обретается. Не самый удачный момент, чтоб по гостям ходить, но тут как в том архонте — иногда случается цунгванг, а ход, хочешь не хочешь, делай.
Чумп огляделся, выглядывая другие варианты. Сам он, чего доброго, взбежал бы на гребень и по самой стене, немало в его арсенале было подвигов удивительной ловкости, но пришлось бы бросить на съедение и старого друга, и нового нахлебника, который, невзирая на все свои дурацкие выкрутасы, тоже вышел какой-никакой, а свой. Ничего подходящего не измыслилось, так что ущельник, быстро семеня ногами, добрался до обозначенной хижины, ввалился в дверь и пропал внутри.
- Двигай, - велел Хастред, настойчиво подпихивая рыцаря.
- А что там? - наивно возлюбопытствовал тот, делая попытку вытянуть из ножен клинок. - Имейте в виду, причинять беспокойство непричаст...
- Да двигай же!
От мощного толчка Напукон влетел в дверь как снаряд из катапульты, а Хастред ввалился за ним следом и, захлопнув дверь за собой, привалился к ней спиной.
В хижине по-прежнему густо пахло травами, и старичок-лекарь сидел, равнодушный к внешней суете, над разведенным в очаге огоньком, помешивая в небольшом котелке густой не то суп, не то чай. Чумп ненавязчиво стоял у него за спиной, со всей деликатностью держа клинок кхукри в четверти пальца от дряблой старческой шеи. Дед его то ли не замечал, то ли не считал любопытным, в то время как отвар его явно требовал большого внимания.