- Ну, э, - Хастред слегка покраснел, что в сочетании с природным зеленым цветом дало подобие недозрелого баклажана. - С достаточно острым мечом тупизна и впрямь на нет сводится. Но я вообще не это... не о ней... не о том... это вообще рабочие моменты. Извини, кстати, за эту, чья спица была, на ней табличка не висела, что член семьи.
- Я вообще не думала, что ты можешь ударить женщину, - Тайанне ухмыльнулась по-бандитски. - Сюрприз, сюрприз... не скажу, что совсем уж неприятный. Девочке давно уже пора было вбить в голову, что если вести себя как мужлан, то рано или поздно с тобой и обойдутся как с мужланом.
- Колотить мужика, ведущего себя как баба, есть вполне натуральный позыв, - пожал плечами Хастред. - Не вижу, почему бы и наоборот этому правилу не действовать. Жить-то будет? Нюхать сможет?
- Да починят, починят, не волнуйся. А носы, уши, все эти украшения мы все равно у пластического мага по сто раз за жизнь переделываем.
- А эти украшения, - Хастред машинально указал пальцем ниже шеи Тайанне, - Почему никогда не переделываете?
- Потому что, - объяснила эльфийка совсем уж холодно, обеими руками прихватила ближайшую кружку с пивом и с усилием всего тела выплеснула ее Хастреду в физиономию. - Ишь, любопытство развесил. Какой твой интерес теперь-то?
- Как в большинстве случаев, академический, - Хастред обтер рожу рукой, загнав пару пивных струек в рот, и облизал саму ладонь. Большая часть жидкости успела стечь на стол, какая потеря... в очередной раз пожалел, что не дварф — тогда бы до стола ничего не добралось, все бы впиталось в бороду, которую потом и отжать можно.
Тайанне раздраженно пожала плечами.
- Вроде ж ты ушел?
- Вроде ж ты меня выгнала? - ну вот, показались из ножен клинки настоящих вопросов.
- Вроде ж ты этим радостно воспользовался?
Хастред натянуто осклабился. Перефехтовать эльфийку не так просто!
- Ладно, пусть так. Ушел, воспользовался. Но согласись, долгие годы меня этот соблазн не брал, пока что-то не разладилось.
- Долгие годы, - Тайанне издевательски хихикнула в кулачок. - Великий Лабелас, ты его послушай. Сколько, говоришь, тебе всего лет-то?
- Ну, за сорок уже порядком.
Тайанне припечатала себя ладонью по лбу.
- Так-то оно понятнее становится. Я в сорок, кажется, тоже была весьма чувствительной. Огорченный и обиженный, жертва злой ведьмы, которая поматросила, да и устала играть в куличики...
- Ну-ну, - Хастред неодобрительно помотал головой. - Нет тут речи о жертвах и обидах, оба, как говорится, хороши. Мне просто интересно было, что же произошло все-таки. Ты ж понимаешь, я вот тебя сменял на дело. Мужчина когда от женщины линяет, он всегда меняет ее на что-то — на работу, деньги, славу, другую женщину... или даже мужчину... но на что-то, что заполнит выдранный из жизни клок, иначе выдирать его себе дороже. А вот ты меня на что сменяла? Или у вашей сестры просто порядки такие — раз в дцать лет по свистку меняться стульями?
Пока снова не прилетело в рожу вкусное, но слишком быстрое пиво, Хастред подхватил кружку сам и к ней от души приложился. Тайанне откинулась на спинку стула и с мрачным видом изучала свои ногти.
- Ну, если тебе так важно знать, то да, в эльфийском сообществе именно такие правила, - наконец сообщила она словно бы через силу, когда кружка Хастреда показала дно. - Когда живешь долго, то «пока смерть не разлучит вас» обретает издевательское звучание. Никто не в состоянии терпеть никого на протяжении нескольких веков... отчасти именно этому мы обязаны своей славой недружелюбного народа. У нас принято менять семьи, чтобы не дожидаться конфликтов между супругами, резиденции, чтобы не утомляли соседи, несколько раз в жизни — род занятий, потому что в какой-то момент ты просто достигаешь пика и дальше только под откос. Правда, средний цикл существования эльфийской семьи все равно больше, чем срок жизни хуманса. Так что у кого есть ум, тот понимает, что с короткоживущим нужно уметь вовремя расстаться, пока не пришлось его хоронить и нянчиться с его отпрысками, которых, кстати говоря, никогда эльфийское общество не примет. А у кого ума нет, тот это познает на собственном горьком опыте — итерации к третьей-четвертой понимание закрепляется.
Хастред склонил голову с неподдельной благодарностью за откровенность.
- То есть мое время вышло?
Тайанне недовольно покривилась, косясь куда-то в сторону.
- Время-то было еще, но возникли кое-какие обстоятельства... да и тебе очень уж кстати приспичило характер показывать — грех было не воспользоваться, в другой раз пришлось бы сдирать повязку менее деликатно. Ты вон своего Чумпа спроси, он в моих письмах рылся... пусть расскажет, что вычитал, скажи я разрешила.