- Ты особо-то не расстраивайся, - посоветовал Чумп, заметив в товарище внутреннюю борьбу. - Успеешь еще определиться с местом в жизни, какие твои годы. Когда на конкретно свое дело набредешь, у тебя и мысли не останется куда-то от него упетлять. Главное не дать себе, прежде чем оно отыщется, осесть в глухомани и удариться в полезные услуги... опять.
Хастред отобрал у него внушительно полегчавшую бутылку.
- А чем плохи услуги-то? Это то, что я хорошо могу.
- Твое дело — это не то, что ты могешь, - со вздохом проинформировал друид. - Твое дело — это то, без чего ты не могешь.
Под эту мудрую сентенцию Хастред ошарашенно усосал остатки рума безо всяких пижонских глотков, попросту залив в глотку. Вот потому у гоблинов каждая дружеская посиделка и превращается в драку, что рано или поздно кто-нибудь начнет кого-нибудь поучать, рискуя выхватить по шеям за бытность самым умным, а то, на что можно было бы отвлечься, коварно кончается.
- Может, пойдем уже? - устало осведомился книжник, борясь с интуитивным желанием треснуть кого-нибудь из собратьев — оба хороши — пустой бутылью по кумполу. - А то мне не терпится уже свое дело поискать, раз оказалось, что все это время не на то разменивался.
- Само притянется, - пообещал Чумп. - Но между тем и впрямь стоит двинуть, а то он тут так и останется, поскольку без чего не может, так это без мыслей о нимфах всяческих. А они, надо думать, не замедлят притянуться.
Хастред задумчиво повертел в руках бутыль и осторожно поставил ее под ближайшее дерево. Зембус не возразил — бутыль была глиняная, экологически безопасная, а будешь соблюдать все правила скрупулезно и без исключений — засмеют и феи, и гоблины.
- Двинули, - пригласил друид и уверенно направился в ведомом одному ему направлении.
- Если опять будет какой Хищник, ты не торопись от него удирать, - попросил Чумп, подхватил с листа оставшиеся мясные полоски, разделил на два пучка и один сунул Хастреду. - Неловко же, три здоровых лба, а шарахаемся от каждой тени как кисейные барышни.
- Хочешь в лесу подраться — заходи и дерись, только без меня, - откликнулся Зембус безапелляционно. - Вы уйдете, а мне тут оставаться, и ни в какой его части уже не отопрусь от того, что ручкался с бузотерами.
- А то лес не знает, что ты гоблин.
- Да ему все равно, какие у кого оправдания. Ежели ты ответственный сотрудник, то будь любезен высоким штандартам соответствовать. А вы ж не сможете того Хищника взять и технично заполевать, вы начнете в кусты падать, деревья сшибать, пихнете его отвратным таблом в мурашник, завалите в какой ни есть раздвоенный ствол, который он растрощит в щепу, высвобождаясь. За шиворот затолкаете осиное гнездо, задом примостите в росомахину берлогу, а башкой воткнете в дупло, где самка бурундука защитит свое потомство...
- А хорошо он нас знает, - вздохнул Хастред.
- У меня самого примерно так получилось, так что имею представление.
Друид заложил вираж и вынырнул в пышно разросшийся мангровый лесок, по колена погрузившись в теплую не по сезону водицу. Хастред обернулся как ужаленный, чтобы успеть разглядеть момент перехода, и наконец-то ему это удалось — словно волна прошла в направлении арьегарда, перекрашивая посадки олив в висячие и ползучие полузатопленные корявые деревца.
- Теплеет, - отметил и Чумп, неспешно волокущийся последним. - Гадаю, не прошло ли там уже полгода.
- Не прошло, - заверил Зембус. - Я только расстояния резать умею.
- А есть те, кто и время может? - удивился Хастред.
- Да как сказать... - Зембус неопределенно поболтал пальцами в воздухе. - Вроде и есть, но кто их видел-то. А кто видел, те говорят, что это сущности позабористее леса, фей и даже богов. Так что ежели ты с их помощью мечтал вернуть годы, потраченные на пироманку, то это вряд ли.
- Я б скорее слетал лет на сто вперед, поглядел бы, что там творится, а потом бы вернулся и силы приложил к тому, чтоб такого паскудства не случилось, - Хастред печально вздохнул. - Почему-то все картины будущего, что мне видятся — одно сплошное гадство.