- Лады, будем считать, ты разобрался, - проворчал ему в спину Чумп. - Если теперь потеряемся, виноват будешь ты.
Конь охотно перешел в легкую рысь, благо дорога оказалась ровная, хорошо утоптанная и даже еще почти не размокшая. Вот еще две-три недели тепла, чтобы таять начал снег не только на верхушках деревьев, но и на земле под ними — и будет здесь по колено вязкий влажный суглинок, по которому уже не проскачешь. Самое время возрадоваться тому, как удачно добрались... но опять же, отсутствие препятствий Хастред привык уже считать признаком того, что все они скопились где-то там, дальше на маршруте, и того гляди всем скопом навалятся.
Вдалеке раскатисто начали рявкать пушки. В обиходе они появились сравнительно недавно и Хастред еще не сподобился видеть их широкого полевого применения — разве что во время похода на Кранцию по ним пару раз прилетело из мортир, но то было скорее на правах махания кулаками вместо серьезной вдумчивой драки, безо всяких претензий на точность и эффективность. Однако в китонских фортах видел целые батареи, одним видом своим внушающие уважение, как, впрочем, большинство того, что педантичные дварфы от души складывают. Старший канонир за пивом похвалялся, что у него и дракон не проскочит, хотя едва ли эти суждения были практически обоснованы. Пушки на данном этапе едва ли превосходили боевыми свойствами баллисты (ну, разве что кавалерию по обе стороны фронта пугали до медвежьей болезни) или магию, но уже вписались в историю военного дела и, походу, впору было покупать акции алхимических компаний, производящих для них зловонный крупнозернистый черный порох.
- Анарал вышел на исходную, - сообщил из-за спины Чумп, тихой сапой успевший догнать. - Всего лишь час дают на артобстрел, всего лишь час пехоте передышки. Потом пойдет строй проламывать.
Генерал с первыми лучами солнца лично проводил их за околицу, и Хастред еще успел вяло подивиться, сколько же в нем целеустремленной энергии. То есть всегда знал, что если катиться под гору, сшибая елки — Панк наверняка окажется впереди, но то, что бесноватая гиперактивность генерала может принять и стройную упорядоченную форму, стало большим сюрпризом. Генерал деловитым пинком послал конюха седлать лошадей, помог развесить на седлах выданное вооружение, лично снял пробу с овса из навьюченных торб (и продолжал с критическим видом его таскать и хрупать, пока Чумп не хлобыстнул его веткой по загребущей длани), потом прихватил лошадей под уздцы и вывел за линию караулов. По пути даже не попытался ни с кем задраться, так что впору было заподозрить подмену... потому что верить в то, что окружающие не-гоблины проявляют к Панку искреннее уважение, а он это уважение принимает за чистую монету, как-то не получалось. Тем не менее вояки кивали и помахивали руками, иные что-то спрашивали на своем, военном, что-то про «на какой фланг встанешь» или «нужны ли сегодня пики будут, или их конницу мы вчера таки дохреначили». Генерал отвечал без запинки, словно не он до трех считать так и не выучился — впрочем, это как раз понять можно, зачем конкретному пацану абстрактные науки и знания.
Пройдя за линию укреплений (и миновав секретный дозор, которого сонный книжник опять не углядел), генерал развернулся и дружелюбно пихнул младших кулаками в плечи — так, что у каждого по одному отсохло. А потом, не говоря ни слова, упылил обратно в свой лагерь. И почему-то у Хастреда возникло ощущение, что под рукой этого страшноватого анекдотичного персонажа, поди, даже в гуще боя куда спокойнее, чем без него на совершенно невинной лесной дороге.
Видимо, это и есть пресловутая харизма и специфическая (ну очень специфическая) гоблинская Aura of Courage, которая вроде как полагается только святым воинам, а на деле, видимо, отрастает у каждого, кто нажил достаточно уровней.
Автор, будучи известной обезьяной, пытающейся сложить из рулбучных кубиков с буквами А, П, О и Ж образ непревзойденного воителя и отца солдатам, немало нервов потратил в свое время, так и сяк пытаясь прикрутить к файтеру то маршала, то кавалера, то, простите за это, целого самурая. А потом до него дошло, что накручивая случайную гайку на произвольный гвоздь, хорошо не сделаешь, и если хочешь иметь под своих персонажей системную подложку, то делать ее тоже придется самому.
Ну, удачи им там, уныло пожелал Хастред про себя и сосредоточил внимание на дороге, чтобы не пропустить поворот к северу. По карте он значился совсем недалеко. Вообще-то, мелькнула прагматичная мысль, стоит вперед пустить Чумпа — тот лучше приспособлен высматривать разбойничьи засидки, ведь на перекрестке их устраивать самое милое дело — вместо одной дороги контролируешь сразу две. Правда, дорога тут так себе, толковая телега едва протиснется, и два коня бок о бок тоже с трудом. Если бы Хастред сам был разбойником (в голову пару раз приходило, особенно когда с болью в сердце наблюдал, как из кустов лезет оборванный ограбитель с глазами на полшестого и заржавленным кухонным тесаком — ну кто ж, мол, так грабит, давай покажу как надо), он бы... ну, прежде всего он бы убрался куда подальше от расположения грозных боевых отрядов. А потом приглядел бы тракт в две полосы, выставил посты, чтобы за несколько миль прозревать появление лакомых обозов и, напротив, вооруженных до зубов отрядов, от которых только уклоняться, и работал бы в свое удовольствие.