Не знаю, где теперь мое место. Здесь его нет и не было, это теперь понимаю с особой отчетливостью… Но разве бывают светлые химеры? Что-то не припоминаю. Надо бы разобраться.
— Рад был увидеть вас, магистр, — Илия учтиво склонил голову, этим подведя черту светской болтовне с научным уклоном, в суть которой я не вникала, — но нам пора. Хочу перед работой проводить кузину — глаз да глаз нужен за этой девчонкой… — он вздохнул. Вот это чуть больше походило на Илию — ненавязчивая, на первый взгляд тягостная забота о малолетней непутевой родственницей. С той же Кассандрой, их с Илайей сестрой, он единственный возится охотно. Да, Касси старше их обоих, но во многих вещах остается сущим ребенком. И всё бы ничего, но этот ребенок обладает дурным нравом и отнюдь не детским интеллектом. Видят боги, девчонка невыносима!
— Да, конечно… Подпишет заявление, да и все. Отчислим с правом восстановления, не переживай.
— Элте Жанин подумывает о домашнем обучении, но благодарю…
Почувствовав, как когти, глаза и зубы трансформируются, я уставилась в пол и торопливо завела руки за спину. Р-р-р! Говорят так, будто меня тут и нет вовсе! Даже скучать не буду по этому филиалу Бездны, вот уж дудки!
Подписала выданное куратором заявление, поставила дату и имя в указанных местах, и на этом покинула гвардейскую школу Рейнкракса (к счастью, единственную и неповторимую) без малейших сожалений. Кузену тоже вручили какую-то бумажку для подписи, и на этом мы с дражайшим магистром распрощались.
— В чём дело, Илия? — спросила с оттенком недовольства, когда мы вышли из главного корпуса во внутренний двор. — Жанин уже нажаловалась по поводу моего безобразного поведения? И что это за история с отчислением?!
— Нажаловалась? Что же ты сотворил с преданно любящей тебя бабулей, гадкий воробей?
— Ты!.. Нет, ты… нет, погоди!
Я вытаращилась на Илию (на него ли?!), не веря внезапной догадке. А тот добил меня ушлой ухмылкой и колюче-веселым огоньком в глазах, принадлежащим не кому иному, как…
— Рик?! — выговорила почти беззвучно, глядя на него со смесью шока и восторга. Будто подтверждая, самозваный кузен одарил меня той самой невероятной улыбкой близнецов, от которой неизменно в груди щемило, и обнял за плечи.
— Секунду! — в глазах помутнело, а кожу словно бы закололо мелкими иголочками.
В следующий миг я поняла, что светлый камень столицы сменили стены знакомого уже чердака, а кузена — знакомый уже Рик. По-прежнему взъерошенный, энергично-дружелюбный и экзотично красивый.
Его привлекательность почему-то бросается в глаза куда более явно, чем в случае с другими ребятами — а красавчиков вокруг всегда было порядком. Рик воспринимается как-то иначе, помимо симпатии вызывая смутное беспокойство. Возможно, дело в его необычности? Что внешней, что внутренней.
— Как ты это сделал?! — потребовала я, отгоняя неуместные сейчас мысли.
— Ты про иллюзию? Точнее, это личина, — охотно пояснил Рик. — Теория ментальной магии, четвертый базовый и выше. Рекомендуется также углубленный курс по наложению сложных динамических иллюзий.
— Нет, иллюзия-то понятное дело. Но ты же был совсем как мой кузен! Речь, жесты, манеры, эта унылая светская рожа и… подпись, ну подпись же! — буквально подвываю. — Нет, ну это же точь-в-точь его… вот эта дурацкая… ну, завитушка! — пытаюсь изобразить в воздухе некую сложную фигуру, размахивая руками.
— Уж да, старался! А то конец семестра не за горами — выслали бы уведомление Жанин. Узнайте, мол, да подпишитесь. Вот скажи, ты хотя бы подготовила правдоподобную отговорку? Да нет же, и без телепатии знаю — поперлась с одним лишь голым энтузиазмом…
Я честно пыталась не хихикать: в своем ворчании Рик кажется воплощением заботливого братца. Но в самой глубине души понимаю, что «братец» — один наглый и смуглый тип — у меня уже имеется, а к Рику я и вполовину как к брату не отношусь. Другой вопрос, что об ином отношении к нему и думать не следует. Как и к любому другому парню.
— …а всё Рес — иди, говорит, быстро подавай на отчисление! А почему? Потому что сама привыкла всё на ходу делать. Годами ей твержу: не суди всех по себе! Чудовище вздорное! — Он картинно рухнул на незаправленную постель, раскинув руки. — Что ж, родственничек твой мог бы на четвертом десятке лет научиться приличной ментальной защите… ну да ладно, я сломаю при должном усердии даже блок архимага. Хвастаюсь, да! В общем, попасся у твоего Илии в голове, подчерпнул нужное количество информации для личины. Интересный парень, неплохой. Мозги ему промыли необратимо, но это и не удивляет. — Рик вздохнул с сожалением. — Ты падай куда-нибудь, чего стоишь-то?
— Что, взаправду архимага завалишь? — уточняю неверяще, усевшись рядом.
— Ну, тут ты передернула! По ментальной части — скорее всего, ну а на дуэли — это уж бабка надвое сказала. Архимаги тоже разные бывают. Сама понимаешь, одной лишь силы недостаточно… полагаю, обширный арсенал боевых заклинаний и сложных проклятий может стать противовесом целому магическому уровню, а то и за полтора сойдет, — он усмехнулся. — А еще, как ни странно… сила воли плюс характер! Я-то Щит, свирепости особой нету, если дело не касается моего драгоценного Меча. А вот Рес может раскатать в блин среднего архимага на одном лишь голом упрямстве!
— Не сомневаюсь, — подтверждаю вполне серьезно. — Но всё же, Рик… ты был ну вылитый Илия! То есть при помощи телепатии можно стать другим человеком, так что ли?
— В какой-то степени, — подгребя под вихрастую голову сбившееся в ком одеяло, Рик снисходительно улыбнулся. — Это как с учебником — берешь инфу из головы нужного человека и запоминаешь. Кажется несложным, да?
— Одной телепатии недостаточно.
— Верно. Точно так же, как недостаточно просто читать учебник. Роясь в чужой голове, нужно анализировать и… чувствовать. Да, — он вздохнул, — в том-то весь фокус личины, ее сложность и, собственно, отличие от иллюзии.
— Это как подушка в наволочке и пустая наволочка?
Рик даже приподнялся, чтобы одарить меня озадаченным взглядом. А потом предсказуемо захохотал. Ну а что? Перлы выдавать — это тоже из коробочки с надписью «Немногие (и сомнительные) достоинства Ники Айрэн Натиссоу». И это так смешно, что аж грустно.
— Да-да, что-то типа того мог бы ляпнуть я сам, — выговорил он, отсмеявшись. — Эх, воробей!
— Да почему воробей-то?! — вознегодовала я, в глубине души понимая, что уже привыкла к дурацкой кличке.
— В прошлый раз покопался в твоих мыслях — так, по верхушке. Увидел, как на здорового парня с кулаками наскакиваешь, а он пятится и по-дурацки так глаза пялит, — отозвался Рик с безмятежным видом. — Вспомнилось, как воробьи дерутся в куче дорожной пыли. Мелкие такие, забавные. Ну… не подумай, что я хочу тебя обидеть…
В его исполнении звучит и вправду не обидно. Но как-то смущающе.
— Так, ладно! — сделав огромные глаза, Рик резко сел. — Некогда разлеживаться, пора залатать твою магическую сеть.
С любопытством уставилась на него, ожидая объяснений. Рик со вздохом сполз с кровати и уселся на пол возле меня, скрещивая ноги и укладывая руки перед собой. Как в позе для медитаций, которыми я откровенно пренебрегала. Не вижу особой пользы в том, чтобы тратить время на умиротворенное ничегонеделанье.
— Магия и ауры — это по части Рес, но мы ведь близнецы, а потому можем как бы… — он в задумчивости пощелкал пальцами, — …заимствовать друг у друга способности. До разумного предела, конечно же — Рес вот балуется телепатией понемножку, но личину создать не сможет, потому как это стык телепатии с эмпатией (которая, кстати, и у меня идет через пень колоду). И мощный ментальный щит ей не сковырнуть сходу. Я же, в свою очередь, могу видеть и воспроизводить магические потоки, но управлять ими — только отчасти, на уровне чуть ниже среднего.
Услышанное произвело на меня впечатление. Мягко скажем. Ладно, будем разбираться по порядку.
— Разве можно быть телепатом и эмпатом одновременно?
— Нет, воробей. Можно быть менталистом. Это, с твоего позволения, как комплект постельного белья вместо двух некомплектных наволочек и простыни в придачу.