— Этот старый лис и до тебя добрался? — удивился Себастьян. — Ты ешь, ешь.
— Он очень обеспокоен твоим исчезновением. Утверждал, что тебя нет ни в одном из миров, — жуя кусок мяса, изложил я суть моего визита.
— Гайдн прав. Теперь и ты исчез из поля зрения нашего Хранителя, — говорил магистр, попивая кофе. — Дело в том, что этот мир, где мы сейчас находимся, создал я сам. Он ограничен вот этими стенами. — Оболенский обвёл свою квартиру рукой с кофейной чашкой. — Очень, скажу тебе, полезное укрытие. Мысль создать, что-то подобное пришла мне в голову давно. Но всё руки не доходили. А вот когда начались известные события, решил попробовать. Получилось, знаешь ли! Тебе тоже стоит попробовать. Увлекательное занятие — создавать миры, пусть даже величиной с собственную квартиру. Ладно. Вижу, тебе не терпится. Спрашивай!
— Почему я? — выскочил давно интересовавший меня вопрос.
— Вообще-то долгая история. Дело в том, что уже добрую сотню лет вся твоя родня по мужской линии прямо или косвенно служит ордену. Прадед твой вообще был магистром, дед и отец выполняли задачи по охране ключей. Хочу сказать, что смерть твоего отца не была случайной. Долгие годы от тебя это скрывали, держали подальше от всего этого, — говорил он, смотря в сторону. — Теперь пришла твоя очередь. Я даже и подумать не мог, что способности, которыми ты обладаешь, будут настолько выдающимися, — он хитро покосился на меня.
— Моя очередь? Умереть геройской смертью? — Мне стало обидно. Используют человека без его ведома. — Вы бы хоть меня спросили, а нужно мне это всё?
— Прости, раздумывать времени не было! К тому же у тебя была возможность отказаться.
— А что за намёк на отца? Насколько я знаю, у него случился инфаркт. Давно. Мне тринадцать лет было.
— Официальная версия такая. Только мы нашли в его крови дигисталин. Это вещество нарушает работу сердца и приводит к полной его остановке. К сожалению, как он попал в кровь, нам выяснить не удалось.
Себастьян встал, подошёл к окну и закурил.
— Даже версий нет? — спросил я тихо.
— Даже мотива нет! Какие уж тут версии? Он никому не мешал. Я — это другое дело. А он… — вздохнул мой собеседник. — Знаешь? Мы очень дружили!
— Мне мама ничего о вас не рассказывала.
— Она умная женщина и прекрасно понимала, о чём молчать. Жить с такими, как мы, очень нелегко. Нечасто ключники создают семьи. Но твоя мама очень любила отца и на многое закрывала глаза. Точнее, жила с закрытыми глазами! Она не хотела, чтобы ты когда-либо повторил наш путь.
В комнате повисла тишина. Я никогда не предполагал, что жизнь моей семьи была окутана тайной. Всё как обычно: рождение, детский сад, школа, институт. Праздники, поминки — череда обычного и не очень. Но всегда любовь, понимание и ещё что-то, неуловимо приятное… Сотканная из мелочей внешняя оболочка жизни: запах пирога, свежее бельё в постели по воскресеньям, мамины губы, руки отца и чувство переполненности времени. Всё это было, но ушло безвозвратно. Пронеслось единым мгновением, и осталось где-то там, далеко, в самом начале маленького, но такого важного мира.
Голова продолжала болеть. Я поднялся из-за стола и пошёл к дивану.
— Расскажи, что происходит? Кто устроил погром?
— Кабы знать, — он повернулся ко мне. — Однажды из моей квартиры исчезли ключи. Нет, не ключи Ордена. Это были копии. Я их сделал так, на всякий случай. И в один прекрасный день ловушка захлопнулась. Кому-то они очень понадобились. После той неудачной попытки за мной началась слежка, а потом — и настоящая охота. Плоды её ты видел.
— Видел, — отозвался я. — Но чтобы обезопасить ключи, да и нас вместе с ними, нужно что-то делать. Действовать, а не сидеть здесь три дня, причём без телевизора! — Я ткнул пальцем в угол, где, по моему мнению, он должен был стоять.
— Сколько, ты говоришь, сидеть? — удивился Себастьян.
— Сегодня три дня, как ты налетел на меня со своим дурацким портфелем! Точнее, три дня назад. Нет, вперёд! Тьфу, запутался!
— Подожди, — задумчиво сказал магистр, не вникая в мои попытки вырваться из сетей глупости. — Когда ворвались в квартиру, я успел уйти сюда. Просидел в раздумьях и написании письма три часа. Потом вышел, нашёл тебя, отдал портфель и вернулся. Когда возвращался, ты был уже тут. Это что получается, меня не было три дня?
— Наконец-то, — съязвил я!
— Д-а-а-а, — протянул Себастьян. — Неисповедимы пути твои, товарищ Время! Я и не предполагал, что в этой квартирке время движется в десять раз медленнее.
— С этим разобрались, а что дальше? — с готовностью к дальнейшим действиям, выпалил я.
— Выпей кофе — остывает. — задумчиво сказал магистр.