Но древний конструкт ошибся…
Наконечник Губителя — ИЗМЕНИЛСЯ!
Грани, всегда резавшие свет холодными бликами, потускнели и перестали отражать — металл истончился: потеряв вещественность, он стал полупрозрачным, как дым над угасающим костром. Из призрачного острия вытянулось продолжение: серый туманный клинок длиной в метр. Клинок, которого не могло существовать в этом мире.
«Поцелуй Мары…»
Он ПРОШЕЛ сквозь щит.
Не разбил, не пробил, не проломил — просто прошел, как проходит луч солнца сквозь стекло. И так же беспрепятственно прошел сквозь адамантиевое тело, не оставив на фиолетовых гранулах даже царапины.
Со стороны показалось, что удар не достиг цели.
По факту — центр управления конструкта, тот самый, куда Авентор вложил частицу собственной души, был рассечён ровно пополам: артефакт сам нашел то, что следовало уничтожить и… погас.
Марк отскочил, замерев в дальнем конце помещения. С начала схватки прошли десятые доли секунды. Если он ошибся — и удар не решил дело, он применит следующий козырь: пропустит через Губитель заклинание резонанса вместе с терранской техникой.
Объединённые, усиливающие друг друга, поднятые измененным копьём до седьмого ранга — они должны были справиться даже с адамантием.
Не потребовалось.
Секунда реального времени растянулась для Марка в вечность. Голем стоял неподвижно, будто задумавшись о чём-то своём… а потом — рассыпался!
Тысячи исписанных рунами гранул хлынули на идеально отполированный пол с шелестящим, победным звоном. Древний конструкт, страж наследия, судья и палач, перестал существовать быстрее, чем успел осознать, что происходит.
Марк выдохнул.
«Клятва закрыта».
Ни торжества, ни радости — только констатация факта: ровное, спокойное осознание, что долг, взятый на себя над телом чужой, в сущности, девушки, оплачен полностью. Что-то тяжёлое, давившее на душу все это время, бесследно исчезло.
Ни о чем больше Марк не успел подумать — интуиция обожгла так, что боль показалась физической.
— «Уходи! НЕМЕДЛЕННО!»
Гибель привратника что-то запустила — Марк не знал что, но всем существом чувствовал: последствия ему очень, очень не понравятся.
Он бросился к гранулам, покрывающим пол.
Рухнув на колени, Марк принялся сгребать их обеими руками, мгновенно отправляя в пространственное кольцо. Адамантий! Металл, за грамм которого великие кланы удавились бы; металл, из которого можно было создать…
Новая вспышка интуиции хлестнула по нервам.
Подавив жадность, Марк метнулся к лепесткам телепорта. Уже подавая энергию в нужную руну, он успел бросить последний взгляд назад — на столп энергии, в котором стремительно тускнел и осыпался мельчайшей пылью бриллиант, только что отдавший ему последнее знание древнего. На серебристые россыпи, покрывающие пол и стены.
Вспомнил все те богатства, что хранило пристанище Авентора…
«Проклятье!»
Мысль об упущенных возможностях пропала также быстро, как и появилась — перед внутренним взором развернулась сеть с набухшими пульсирующими точками: все места, куда он мог переместиться.
Марк выбрал самую дальнюю, лежащую много выше остальных: он ЧУВСТВОВАЛ — это выход.
Мир схлопнулся.
Одновременно с его исчезновением исполинский накопитель убежища — тот самый великий круг, что дарил претендентам новые ранги, — забился в частой, рваной пульсации.
А после…
Всё пространство залил свет!
Он не жёг и не взрывал.
Он — РАСТВОРЯЛ: стены, залы, колонны, бесценные артефакты, нерушимые гранулы адамантия валяющиеся на полу последней обители — всё, чего касалось сияние, просто переставало быть.
Последнее пристанище Авентора — место, где он спрятался от безумия Кайрона и где терпеливо ждал своего часа тысячи лет, — прекратило существование.
— А я вот так.
На полированный камень с лёгким шлепком легла карта, выполненная из тончайшей кожи.
В столице подобная колода стоила бы целое состояние и считалась бы блажью зажравшихся аристократов — шутка ли, кожа аномальных мышей пятого круга.
Здесь, в самом пятом круге, это была необходимость. Обычная бумага рассыпалась под воздействием энергии зоны за считанные часы. Специальная, из местных растений, могла послужить долго, но все равно изнашивалась. А эта колода была практически вечной.
— Бью, — напарник пятирангового терранта, такой же пятиранговый эфирник из гильдии, шлёпнул свою карту поверх.