С тех пор жизнь обычных бойцов превратилась в сущий ад — все эти напыщенные аристократы безвылазно сидели в крепости, ожидая чего-то непонятного и с каждым днем все сильнее злились.
Злость выливалась в нападки друг на друга и на совершенно непричастных к их склокам людей. Только беспрекословный запрет императора на дуэли удерживал многочисленных одаренных от смертоубийства.
Дополнительным обстоятельством, доводившим одаренных до белого каленья, была полная блокада Цитадели — покидать ее было строго-настрого запрещено. Лишь редкие сотрудники тайной службы периодически выходили за ее стены, отправляясь в короткие вылазки в зону.
Всему происходящему радовались только владельцы таверен и кабаков — их выручка взлетела до небес за последние дни. Но и их лица постепенно смурнели: алкоголь заканчивался, а пополнить запасы не было никакой возможности. И когда бочки опустеют…
Казалось бы, в таких обстоятельствах суточное дежурство на вершине башни — настоящая награда, но не тут-то было! От витавшего вокруг напряжения зверели не только старшие смены, но и коменданты башен. Они изводили бойцов неожиданными проверками и знанием пунктов устава. За любую провинность можно было нарваться не только на денежный штраф, но и на куда более серьезное наказание. Поэтому слова о сне были ничем иным, как издевкой.
Больше получаса царила гробовая тишина — в разогретой солнцем каменной башне скучающие бойцы молча несли опостылевшее дежурство.
Внезапно голос подал террант:
— Эй, ледышка. Глянь, что там. Неужто люди?
— Где? — задремавший было эфирник встрепенулся и сонно вгляделся в даль.
— Да вон же, выходят на плато.
Легких пасс руками — и в воздухе перед эфирником повисла отдающая холодом прозрачная линза. Спустя мгновение помещение сотряслось от его громких ругательств.
— Что там?
— Это они!
— Кто?
— Ты идиот? — эфирник бросил быстрый взгляд на товарища и вновь уставился на картинку, демонстрируемую линзой. — Парень и девка, которых все ищут.
— Ты уверен?
— Посмотри сам.
Террант не стал упускать возможности. Подбежав к товарищу, он уставился на две размытые, но все еще узнаваемые фигуры. На лице одной была кожаная маска, а за спиной второй едва угадывалось древко копья.
— Точно они…
— Чего замер? — эфирник возмущенно толкнул терранта. — Беги скорее к коменданту! Тем, кто первыми обнаружит их, положена награда.
— Точно! — применив внутренний резерв, террант буквально исчез из помещения…
Неспешно бредущий Марк непроизвольно передернул плечами — секунду назад ему показалось, что кто-то пристально посмотрел на него сквозь оптический прицел. Интуиция молчала, не сигнализируя об опасности.
Бросив взгляд на приближающиеся стены Цитадели, он произнес и так понятную им обоим истину:
— Скоро придем.
— Да.
Настроение Алисы было ни к черту. Месяц, который она могла назвать поистине волшебным, пролетел словно один миг. Беззаботный месяц, наполненный любовью и нежностью. Они заранее договорились не обсуждать ни его предстоящий уход, ни другие важные вопросы. Просто жить, наслаждаясь друг другом.
И на ее взгляд — у них прекрасно получилось.
В какой-то момент она даже шутливо спросила своего избранника, может ли он изготовить артефакт, который остановит время. И самым странным было то, что, ненадолго задумавшись, Марк совершенно серьезно ответил: «Пока нет»…
Еще одним запоминающимся моментом, вызывавшим ее неподдельный интерес и разбавлявшим идиллию их отдыха, был процесс наблюдения за его отрастающей рукой. Бросив быстрый взгляд на совершенно целую левую кисть, покрытую укороченной перчаткой, Алиса мысленно покачала головой — в очередной раз поражаясь силе лечебного артефакта.
— Что будешь делать, когда придем? — наконец задала она волнующий ее вопрос.
— Посмотрим, как нас встретят. — Марк пожал плечами. — Если проблем не будет — закуплю необходимое и уйду. — Пауза. — В шестой круг.
— А если будут проблемы?
— Тогда, — Марк непроизвольно сжал левый кулак, — я покажу всем, что связываться с нами смертельно опасно.
За прошедший месяц его тело не только полностью восстановилось, но и окончательно перестроилось. По всем меркам он совершил невероятно быстрый переход с четвертого на пятый ранг. И даже великому артефакту понадобилось много времени, чтобы привести в порядок всю систему — тем более, что провели они его в третьем круге, куда более бедном на энергию.
Марк едва заметно, одними уголками губ, улыбнулся, выводя перед мысленным взором свои характеристики.