— Гонец рассказал, что на месте базы остались очень странные следы. Будто пространство сошло с ума. Он видел на поверхности камни, которые раньше находились на полу нижних ярусов. — Председатель помолчал и закончил мысль: — Я думаю, что какая-то тварь седьмого ранга вышла на базу во время Волны и… и Апостол проиграл.
— И что нам теперь делать? — истерично спросил полный мужчина.
Люди за столом поморщились. Как же они устали от его присутствия. Если бы не его деньги… никогда бы этот жалкий банкир не попал в их круг.
— Жить, — коротко ответил председатель. — Жить хозяевами своей жизни, не переживая, что в любой момент ее могут оборвать.
Тишина…
Культисты осознавали услышанную истину — впервые за многие годы над ними больше не зависал дамоклов меч. Больше не было удавки, которую пришлось навесить на себя, расплачиваясь за дармовую силу.
— А ритуалы? Как быть с ними? — банкир никак не успокаивался. Его одутловатое лицо скривилось в гримасе страха. — А если кинжал перестал работать? Мне нужна моя сила…
— Тихо! — председатель оборвал его истерику.
Поднявшись из-за стола, он подошел к картине, висящей на стене, и легким движением толкнул ее в сторону. Проехав по невидимым направляющим, та открыла доступ к дверце небольшого сейфа. Быстрый набор кода — и председатель развернулся, сжимая в руке… костяной кинжал.
Сделав пару шагов, он замер у витражного окна, разглядывая лежащую у его ног столицу.
— Если перестал работать…
Внезапно он исчез. Оказавшийся террантом шестого ранга мужчина буквально испарился со своего места.
Но ненадолго…
Люди за столом непроизвольно вздрогнули от животного крика, раздавшегося со стороны банкира — его лицо перекосила гримаса первозданного ужаса. С каждой секундой жизнь покидала его, перетекая в воткнутый в шею кинжал. Постепенно крик превратился в хрип, который вскоре тоже оборвался. Серия конвульсий прошла по жирному телу и банкир окончательно затих.
Вытащив кинжал и бросив презрительный взгляд на мертвое тело, председатель произнес возбужденным голосом, не обращаясь ни к кому конкретно:
— Работает, — мужчина каким-то демоническим взглядом посмотрел на артефакт. — И кажется, даже лучше прежнего.
Ему не дано было знать, что в каждый кинжал Апостол добавлял частицу своей плоти, отбирая крохи силы во время каждого ритуала.
— Я, конечно, ничего не имею против, — заговорил аристократ, — Эдвард давно достал всех. Но его деньги…
— Не переживайте за это, собратья, — председатель убрал кинжал в сейф и улыбнулся.
Его распирала радость и переполняющая тело энергия. До сегодняшнего дня он не решался испытать кинжал, боясь увидеть, что тот перестал работать. Теперь же… теперь он является безоговорочным главой культа!
— С деньгами проблем не будет, — подойдя к двери, он распахнул герметичную створку. — Хочу представить вам нашего нового брата, который займет так своевременно освободившееся место в совете.
В помещение уверенным шагом вошел мужчина, осматривая присутствующих холодным, безжалостным взглядом. Щеголоватый аристократ едва заметно вздрогнул, что не осталось незамеченным вошедшим — его губы раздвинулись в презрительной усмешке.
— Антон Волков, — председатель по-дружески приобнял наследника великого клана и закончил: — Добро пожаловать, брат.
— Спасибо, ваше императорское высочество…
Глава 2
Исповедь
Боль…
Душевная боль буквально пожирала его, разрывая на части. Марк даже не предполагал, что может быть так…
Плохо? Больно? Страшно?
Он не знал нужных слов для описания своего состояния.
Его любимая…
Та, за кого он готов был отдать жизнь, оказалась дочерью — ВРАГА!
И сейчас ему было абсолютно все равно — случайность это или чей-то сложный, многоходовой план. Ему также было плевать на то, что многие его тайны вскоре могут выйти на свет. Сейчас его волновал всего один вопрос: «КАК ЖИТЬ ДАЛЬШЕ???»
Испытываемые переживания были настолько сильны, что начали разрушать сознание парня — в голове пульсировал шар боли, а мир перед глазами поплыл.
И тогда…
Тогда подключился артефакт Кайрона, призванный любой ценой сохранить носителя — и тело, и сознание обдало лютым холодом, буквально замораживающим все эмоции.
Паника. Страх. Апатия.
Все эти чувства не исчезли, но разом замерзли, оставшись где-то очень глубоко внутри его души в виде ледяных комков. Медленно приходя в себя, он начал слышать звуки окружающего мира.
— Марк!
Все это время Алиса безрезультатно пыталась достучаться до молчавшего парня. Видя, что он наконец поднял на нее взгляд, она с мольбой в голосе спросила: