Когда он появился на тропе, лишь чуть более глубокое и частое дыхание давало понять, что сражение не прошло для него бесследно.
Марк искренне считал, что на этом Сергей закончит, но…
Постояв всего несколько секунд, страж на мгновение прикрыл глаза, а после решительно потянулся к внутреннему карману доспеха. Сжав в кулаке небольшой шар, он посмотрел на Марка — и было в этом взгляде что-то такое, отчего по спине пробежал табун мурашек.
Виновато улыбнувшись, Сергей шагнул в пелену!
В следующее мгновение, стоило стражу появиться напротив четырехрукого голема, весь пространственный куб затопило ослепительной волной света. Выплеск силы был столь велик, что на мгновение показалось, будто куб не выдержит — его стенки пошли волнами, а после почернели, скрывая происходящее от остальных.
Почти минуту стояла гробовая тишина — и только когда картина прояснилась, раздались недоверчивые возгласы.
Посредине пустого пространства стоял, казалось бы, абсолютно невредимый страж. Лишь легкие подпалины на доспехе и чуть более бледный вид давали понять, что произошедшее не прошло для него бесследно.
А вот следов противника не осталось…
Совершенно.
Либо сверхмощный артефакт стража — а Марка не сомневался, что это был он — полностью уничтожил голема, либо привратник уже убрал останки.
Сам адамантиевый голем тоже выглядел напряженным. Марк не мог объяснить, в чем именно это проявлялось — просто чувствовал. Наконец, переместившись к кубу, привратник положил на его грань металлическую ладонь и замер, словно прислушиваясь.
«Считывает информацию…»
То, что его выводы верны, показали дальнейшие слова голема:
— Поздравляю, претендент. Ты прошел все пять секторов испытания. — С последними словами привратник вернул Сергея на тропу. — Однако последнюю победу ты одержал лишь благодаря артефакту. Количество очков заслуг будет снижено.
Выдержав кроткую паузу, конструкт продолжил:
— Но перед тем как ты получишь награду, ты откроешь свое сознание и ответишь на мой вопрос.
Сергей заметно напрягся, но молча кивнул.
— Есть ли у тебя еще такие артефакты? Ты практически пробил защиту мастера. Это опасно.
Напряжение повисло в воздухе. Марк видел: ожидая ответа, привратник был готов в любой момент атаковать терранта.
— Нет, — наконец ответил Сергей. — Это был одноразовый артефакт. — Пауза. — Ничего подобного у меня больше нет.
Не будь сознание разогнано на максимум, Марк никогда бы не поймал едва заметный взгляд, который бросил на него страж. И именно он помог ему — все разрозненные кусочки картины, все сигналы и странности последних дней, наконец сложились в целостный образ.
Конечно, это было только предположение, но… он был склонен в него верить.
«Подумаю об этом позже…»
Прогнав эти мысли, Марк сосредоточился на привратнике, ожидая его вердикта. То, что конструкт не поверил стражу на слово, было видно по скривившемуся лицу Сергея — терранту явно не нравилось, что роются в его мозгах.
Но, видимо, увиденное там, полностью удовлетворило привратника.
— Хорошо, — голем кивнул, — можешь пройти к усилителю. Как прошедшему всю тропу, тебе доступно пять минут.
Видя, что Сергей хочет что-то спросить, голем разрешающе кивнул.
— Он правда создаст у меня эфирную сеть?
— Я не способен врать…
Марк готов был поклясться, что уловил нотку сожаления в голосе привратника.
— Я могу недоговаривать, но не лгать напрямую. Если ты выдержишь — творение мастера создаст у тебя то, что вы именуете эфирной сетью.
Пауза…
— Скажу больше, — голем переместился к постаменту, — если продержишься все отведенное тебе время, то не только зажжешь «искру» — по твоим эфирным каналам потечет полноценный «ручей».
Слушая привратника, Марк понимал, что тот порядочно покопался в чьих-то головах — слишком свободно он оперировал понятиями, принятыми у людей.
— Выдержу, —лицо Сергея приобрело непреклонное выражение. — Я или выдержу, или умру.
То, что это не пустая бровада, показали дальнейшие действия: остановившись перед постаментом, страж извлек из рюкзака тонкий моток веревки, сотканной словно из паутины, и принялся быстро сплетать из нее нечто вроде «сбруи».
Что это такое стало понятно, когда Сергей накинул ее на вершину постамента: положив кисти на руны, он зубами затянул веревку, намертво прижимая ладони к артефакту.
«Безумец…» — Марк уважительно покачал головой.
Первые тридцать секунд страж молча терпел боль — лишь изредка крупное тело вздрагивало от судороги. Дальше, несмотря на всю силу воли, он принялся громко стенать, цедя сквозь зубы проклятья.