После произошедшего с Хельгой никто не посмел насмехаться над решением Беркутова — в спину аристократа не донеслось ни единого смешка или колкости. Более того, Марк видел: некоторые участники и этот выбор считают неоправданным риском, граничащим с безумием.
Помня об охотниках, Беркутов не стал задерживаться на входе, а, перейдя на неспешный бег, сразу же направился вглубь лабиринта.
Марку непросто было судить о сложности испытания, ведь и для него, и других участников Беркутов бежал так же, как и Хельга: периодически поворачивая влево или вправо, он то поднимался вверх, то спускался к нижним ярусам конструкции, преодолевая встречающиеся преграды.
Хотя…
Спустя пять минут наблюдений он заметил закономерность: Беркутову реже приходилось сталкиваться с развилками и поворотами, да и препятствий, требующих физических усилий, встречалось заметно меньше. А еще — его фигура двигалась чуть быстрее, косвенно подтверждая: врем было ускоренно не так сильно.
Но это не помогало…
Перейдя на шаг и сделав несколько жадных глотков из фляги, Беркутов на ходу перекинул рюкзак вперед и принялся выбрасывать лишние вещи, снижая общий вес поклажи. Его физическая подготовка заметно уступала погибшей представительнице гильдии.
Еще через пять минут Марк понял, что Беркутов забрел в тупик — аристократ развернулся, но тут же остановился. Прижавшись спиной к преграде, он скинул рюкзак и, достав сверток, принялся быстро есть, одновременно прислушиваясь к окружающей обстановке.
«Ждет гончую…»
Такое имя для голема-пса показалось Марку наиболее точным — его название как нельзя лучше соответствовало сути: словно дичь, голем гнал претендента вперед, не давая остановиться.
Ожидание не затянулось…
Практически не жуя, Беркутов закинул в рот последний кусок и выхватил боевой нож, который использовал во время испытания в Цитадели. Дальнейшие события показали, что, несмотря на слабую физическую форму, аристократ неплохо владеет коротким клинком: уклонившись от броска гончей, он по гарду вонзил лезвие в голову голема, одним движением закончив схватку.
Решив, что теперь у него есть немного времени, он вновь выбросил из рюкзака часть вещей и, выпив первый эликсир, отправился дальше.
«Неплохо…»
Оценка Марка была связана с тем, что Беркутов применил известную многим уловку: приложив правую руку к стене лабиринта, он спешным шагом двигался вперед, сохраняя постоянный контакт с поверхностью.
Но, видимо, древний не знал об этом обязательном правиле построения лабиринта — новая тактика не дала видимого результата: так и не найдя выхода, Беркутов вернулся к бесцельному блужданию. За последующий час аристократ останавливался на отдых еще дважды — и оба раза сталкивался с преследователем.
И если второе сражение прошло по прежнему сценарию, то последнее не обошлось без последствий, показав, что привратник тоже учится: гончая не бросилась в уже привычном прыжке, нацеленном в горло, а, сделав ложный выпад, вцепилась в ногу Беркутова.
И пусть остальные не слышали звуков происходящего — им хватило увиденного: повалившись на пол, Беркутов наносил судорожные удары в корпус голема, большая часть которых соскальзывала с металлической шкуры. На лице аристократа застыла гримаса боли и какого-то глубинного ужаса. Все же справившись с гончей, он залпом выпил два эликсира и, поднявшись, быстро захромал вперед, преодолевая явно сильную боль.
И, видимо, судьба решила, что на его долю испытаний хватит: спустя три часа с момента входа в лабиринт, он вывалился к постаменту, шатаясь и едва держась на ногах от усталости.
Поначалу не поверив, что действительно выбрался, Беркутов упал на землю и принялся что-то шептать.
Усилив зрение, Марк прочитал по губам: «…наконец-то закончился этот ад…»
— Поздравляю, претендент! Ты прошел второе испытание, — привратник переместился к Беркутову и указал на постамент. — Можешь получить заслуженную награду.
— Награду? — теперь остальные не только увидели отдающий безумием взгляд аристократа, но и услышали усталый, надломленный голос, говоривший о высокой цене, уплаченной за результат.
— Да, — привратник кивнул. — Тебе доступны две минуты усиления. Это позволит…
— Плевал я на твое усиление! — Беркутов взорвался. — Я не спал два дня! Единственное, чего я хочу: напиться, поесть и отдохнуть.
Можно было подумать, что аристократ преувеличивает, но…
Марк — ЗНАЛ!
Знал, на что способны древние мастера-артефакторы. Для одних ускорить время в десятки раз — фантастика, для других — обыденная реальность.