Алису разрывали переполняющие чувства. Сейчас она ненавидела весь мир, так больно ударивший ее. И ей очень хотелось найти кого-то, на кого она сможет выплеснуть всю свою злость и ярость!
Взгляд скользнул по отцу, равнодушно наблюдавшему за всем происходящим, перешел на Кирилла Новгородова, прятавшего глаза, — и остановился на Тане.
«Неужели я настолько слаба, что способна сделать больно только близкому человеку?»
Наконец она осмелилась посмотреть на понурившегося Марка, сидящего в одиночестве. Таким растерянным и беззащитным она не видела его никогда.
«Нет! Я не сдамся и буду бороться!»
Решительно посмотрев на Татьяну, она спросила:
— Артефакт тишины с тобой?
От неожиданного вопроса Татьяна Строганова вздрогнула — она уже не надеялась, что Алиса когда-либо заговорит с ней. Недоумевающе посмотрев на подругу, она переспросила:
— Что?
— Купол тишины, — увидев судорожный кивок Татьяны, закончила: — Дай мне его… сестра.
— Спасибо, — одними губами прошептала Татьяна, передавая артефакт дрожащей рукой.
Это действие не понравилось ни главе Строгановых, ни Геннадию Волкову. Но если первый промолчал, то второй произнес:
— Дочь, я запрещаю тебе…
Проигнорировав слова отца, Алиса присела рядом с Марком и, активировав артефакт, заговорила:
— Марк, — парень поднял на нее взгляд. — Я хочу поговорить. Удели мне несколько минут.
Молчание…
— Пожалуйста.
— Хорошо, — тихо ответил он.
— Расскажи мне, что произошло.
— Зачем? — он равнодушно посмотрел в ее глаза и пожал плечами. — Прошлого не вернуть. Зачем тебе знать, что твой брат убил моих родителей и отправил Лизу в кому? — Алиса вздрогнула. — Если ты хочешь попытаться оправдать его поступок — это бессмысленно. Я все равно убью его, несмотря ни на что. И твоего отца. Убью всех.
«Вот и все… я сделал это…»
Марк понимал — сказанное будет означать конец их любви. Сейчас девушка встанет, и уйдет. Уйдет навсегда.
Но он ошибся…
— Ладно, тогда я расскажу. — Сев так, чтобы окружающие не могли прочитать их разговор по губам, Алиса заговорила: — Я зарегистрировалась в Гильдии авантюристов как Алиса Селезнева…
Дальше Марк молча слушал ее исповедь, наполненную болью. Исповедь о жизни, мечтах и реальности, об отношениях с парнями и отцом. Об и их договоренности. О ее страхе и беспомощности.
По щекам Алисы текли горячие слезы, на которые она совершенно не обращала внимания. Марк видел — пусть девушке очень тяжело говорить обо всем этом, но ей явно становится легче. Рассказывая свою историю, она будто сбрасывала многотонный груз, давивший на ее плечи.
Сделав небольшую паузу, она снова заговорила. И теперь в ее словах чувствовалась застарелая, глубинная боль.
— Когда мне было десять, Антону исполнилось восемнадцать. Оказалось, что его двойной дар, которым он так гордился… — Пауза. — Имел очень низкий потенциал.
Видя молчаливый вопрос, Алиса пояснила:
— По прогнозам наших аналитиков он едва ли достигнет шестого ранга, даже упиваясь лучшими элексирами.
Марк кивнул — он понимал, что означает подобный «приговор» для великого клана.
— До моей инициации было еще шесть лет. И тогда… — Алиса продолжила с огромным трудом. — Тогда отец заставил мать забеременеть в третий раз.
Пояснений не потребовалось — Марк прекрасно знал жестокий закон этого мира. Пытаясь выносить и родить третьего ребенка, одаренная женщина начинала лотерею со смертью, несмотря на развитую медицину и услуги целителей.
Многие не решались даже на второго, хотя риск при этом был минимален, не выходя за статистическую погрешность. Чаше аристократы заводили вторую жену или делали детей на стороне, признавая бастардов в случае их высокого потенциала и силы.
— Мама умерла… — Алиса сглотнула ком. — На седьмом месяце.
Марк накрыл ладонью ее руку — и это было первое после полученных известий прикосновение. Первое — и очень важное. Важное для обоих.
— Отец, — Алиса бросила яростный взгляд на мужчину, напряженно всматривающегося в купол, в попытке понять происходящее. — Просто сказал: «Не повезло».
Алиса подняла на Марка взгляд.
— Понимаешь? Не было ни сожаления, ни горя. Холодная констатация факта — будто он поставил на лошадь, которая проиграла.
Алиса не выдержала и тихо разрыдалась, закрывая руками лицо. Марк молча обнял ее — сейчас слова были излишни.
Спустя пару минут девушка глухо продолжила:
— Я возненавидела его. На свое одиннадцатилетние я захотела сделать ему подарок. — Пауза. — Покончить с жизнью.