Шёл, потому что рука в его ладони уже не была ледяной.
Шёл, потому… что не умел иначе…
Медведев первым пересек грань.
Алиса и Артур сделали это практически одновременно — золотые руны оборвались, и девушка, сделав шаг на тёмный камень, осела на подломившихся ногах. В тот же миг Марк испытал невероятное облегчение —даже идти стало немного легче.
За ними Дорогу покинул Беркутов.
Улыбка, застывшая на лице Марка после выхода Алисы с Дороги, — померкла…
Он увидел, что они ДОГОНЯЮТ Сергея с Татьяной: последние шаги давались этой паре с невероятным трудом — они буквально продирались сквозь пространство, проливая тонны пота.
Ещё через полсотни ударов сердца они сравнялись…
Заглянув в лицо терранта, Марк увидел в глубине его глаз бездну отчаяния — Татьяна явно держалась из последних сил, — и страж совершенно не понимал, что ему делать.
Играя желваками и буквально стирая зубы друг об друга, Марк двинулся дальше…
Шаг. Еще шаг.
Стоило переступить грань — и ноша исчезла!
Просто растворилась, вся и сразу, будто кто-то перерезал невидимые постромки, освобождая его от груза.
От внезапной лёгкости их повело: Ольга не удержалась и упала на четвереньки, хрипло, взахлёб дыша.
— Спасибо… — выдавила она между вдохами, ища взглядом Алису. — Я запомню. Свободные торговцы… я… мы не забываем долгов.
Марк не успел ничего ответить.
Внезапно раздался крик:
— БЕРУ ВСЕ НА СЕБЯ! — секундой позже, Татьяна кубарем вылетела с дороги.
Отдышавшаяся Алиса бросилась к подруге, поднимая ее на ноги. Развернувшись, Марк посмотрел на Дорогу.
Там, на последнем отрезке пути, остался один человек.
Сергей…
Террант стоял на коленях, упёршись кулаками в руны, не в силах двинуться дальше. Его ноша — та, что он прятал ото всех, та, что Дорога вытащила на свет и только что умножила стократ, — дожала его на этих метрах, когда рядом не осталось никого.
— Не надо! — Татьяна бросилась наперерез привратнику. — Не наказывай его! Он не сделал мне ничего плохого… Он… помог — вытолкнул меня. Я не просила! Я…
Голос целительницы сорвался, сменившись громкими рыданиями.
— Он знал правила, — привратник пожал плечами. — Совершив подобное — он взял слишком много и приговорил себя. Я только облегчу его страдания.
— Пожалуйста… не надо… — Татьяна обернулась, обвела всех отчаянным взглядом — и нашла Марка: — Помоги ему! Он же не встанет…
Марк на секунду замер — и сделал ШАГ к пелене…
— Претендент, — голос привратника догнал его у самой грани. — Ты понимаешь, что делаешь? Дорога не обнуляет пройденное. Вернувшись, ты не только вновь примешь целиком свою ношу, но и разделишь его.
— Понимаю.
— Это будет твой третий проход.
— Я умею считать, — Марк шагнул на золотые руны.
Ноша рухнула на плечи мгновенно — знакомая, злая, изголодавшаяся.
Белая палата. Клятва. Артефакт.
Шёпоты накинулись разом, почуяв усталость, но Марк лишь опустил голову, и словно несокрушимый путник, идущий против бури, двинулся вперёд.
Шаг. Шаг. Шаг.
Сергей не поднял головы, даже когда тень Марка легла на руны перед ним.
— Зачем… — глухо выдавил террант.
— Я не бросаю друзей, — Марк присел рядом и заглянул ему в глаза.
— Уходи, — Сергей спрятал глаза.
— Нет, — Марк попытался положить его руку себе на плечо.
— Оставь меня! — страж дёрнулся, высвобождаясь — его сил едва хватило на это. — Я не достоин твоей помощи.
— Я не бросаю друзей.
— Я не друг тебе! — сорванный голос Сергея хлестнул по коридору. — Ты не знаешь… не знаешь, что я…
— Хотел убить меня, — спокойно закончил Марк.
Сергей окаменел.
Медленно, очень медленно он поднял голову — и уставился на Марка так, будто увидел впервые.
— Ты… знал?..
— Догадывался, — Марк вновь положил себе на плечо его руку и рывком поднял обоих на ноги.
Дорога УДАРИЛА, наваливаясь тройным весом, но он — устоял!
— Твой вид, после выхода из шатра императора. Взгляд на тропе силы. Одноразовый артефакт, невообразимой мощности… — Пауза. — Несложная задачка.
— И ты… — Сергей задохнулся — то ли от уменьшенной ноши, то ли от осознания сказанного. — Зная это — ты делил со мной кров и еду? А сейчас… сейчас вернулся за мной⁈ За предателем⁈
— Ты этого не сделал.
— Но МОГ! Мог сделать! Я…
— Нет, — Марк перебил и снова посмотрел ему прямо в глаза. — Не мог.
Он сказал это спокойно и весомо — как говорят об очевидных вещах, не требующих доказательств: о том, что день сменяет ночь; что земля круглая и вертится вокруг своей оси.
Сергей опустил взгляд, желваки на его скулах заходили ходуном.