ПЕСНЯ О ВЕЩЕМ ОЛЕГЕ
ПОЕЗДКА НЕЧИСТИ В ГОРОД
ЛЕЖИТ КАМЕНЬ В СТЕПИ
СТРАННАЯ СКАЗКА
Как ныне сбирается вещий ОлегЩиты прибивать на ворота,Как вдруг подбегает к нему человекИ ну, шепелявить чего-то.— Эх, князь, — говорит ни с того, ни с сего,А примешь ты смерть от коня своего!Вот только собрался идти он на вы,Отмщать неразумным хозарам,Как вдруг набежали седые волхвы,К тому же разя перегаром.И говорят ни с того, ни с сего,Что примет он смерть от коня своего.Да кто вы такие, откуда взялись?Дружина взялась за нагайки.Напился, старик, так поди, похмелись,И неча рассказывать байки.И говорить ни с того, ни с сего,Что примет он смерть от коня своего.Ну в общем они не сносили голов:Шутить не могите с князьями!И долго дружина топтала волхвовСвоими гнедыми конями.Ишь, говорят ни с того, ни с сего,Что примет он смерть от коня своего.А вещий Олег свою линию гнул,Да так, чтоб никто и не пикнул.Он только однажды волхвов помянулИ то саркастически хмыкнул:Ведь надо ж болтать ни с того, ни с сего,Что примет он смерть от коня своего.А вот он, мой конь, на века опочил,Один только череп остался.Олег преспокойно стопу возложилИ тут же, на месте, скончался.Злая гадюка кусила его,И принял он смерть от коня своего.Каждый волхвов покарать норовит,А нет бы прислушаться, правда!Олег бы послушал — еще один щитПрибил бы к вратам Цареграда.Волхвы-то сказали с того и с сего,Что примет он смерть от коня своего!
От скучных шабашейСмертельно уставши,Две ведьмы идут и беседу ведут:Ну что ж говорить,Сходить, посмотреть бы,Как в городе наши живут!Как все изменилось,Уже развалилосьПодножие лысой горы,И молодцы вродеДавно не заходят,Остались одни упыри.Навстречу им леший:Вы камо грядеши?— Намылились в город: у нас ведь тоска!— Ах гнусные бабы,Так взяли хотя быС собою меня, старика!Ругая друг дружку,Взошли на опушку.Навстречу попался им враг-вурдалак.Он скверно ругался,Он к ним увязался,Крича, будто знает, что как.Те к лешему: — как он?— Возьмем вурдалака!Но кровь не сосать и прилично вести!Тот малость покрякал,Клыки свои спрятал,Красавчиком стал, хоть крести!Освоились быстро,Под видом туристовПоели, попили в кафе «Гранд-Отель»,Но леший поганилСвоими ногами,И их попросили оттель.Пока леший брился,Упырь испарился,И леший доверчивость проклял свою.А ведьмы пошлялисьИ тоже смотались,Освоившись в этом раю.И наверняка ведь,Прельстили бега ведьм:Там много орут, там азарт на бегах!И там проигралиНи много, ни малоТри тысячи в новых деньгах.Намокший, поблекший,Нахохлился леший,Но вспомнил, что здесь его друг — домовой.Он начал стучаться:Где друг, домочадцы?Ему отвечают: запой!Пока ведьмы вылиИ все просадили,Пока леший пил, наливался в кафе,Найдя себе вдовушку,Выпив ей кровушку,Спал вурдалак на софе.
Лежит камень в степи, а под него вода течет.И на камне написано слово:Кто направо пойдет — ничего не найдет,А кто прямо пойдет — никуда не придет,Кто налево пойдет — ничего не пойметИ ни за грош пропадет.Перед камнем стоят без коней и без мечейИ решают: идти иль не надоБыл один из них зол,Он направо пошел,В одиночку пошел,Ничего не нашел,Ни деревни, ни сел,И обратно пришел.Прямо нету пути никуда не прийтиНо один не поверил в заклятье,И, подобравши подол,Напрямую пошел,Долго ль, коротко бродил,Никуда не забрел,Он вернулся и пил,Он обратно пришел.Ну, а третий был дурак,Ничего не знал и так,И пошел без опаски налево.Долго ль, коротко ль шагал,И совсем не страдал,Пил, гулял и отдыхал,Никогда не уставал,Ничего не понимал,Так всю жизнь и прошагал,И не сгинул, и не пропал.
В тридевятом государстве,Трижды девять двадцать семь,Все держалось на коварстве,Без проблем и без систем.Нет того, чтоб сам воевать,Стал король втихаря попивать.Расплевался с королевой,Дочь оставил старой девой,А наследник пошел воровать.В тридесятом королевствеТрижды десять тридцать, что-ль?В добром дружеском соседствеЖил еще один король.Тишь да гладь, да спокойствие там,Хоть король был от явленный хам,Он прогнал министров с кресел,Оппозицию повесилИ скучал от тоски по делам.В триодиннадцатом царстве,То бишь в царстве тридцать три,Царь держался на лекарствеВоспалились пузыри.Был он милитарист и вандал,Двух соседей зазря оскорблял,Клал им каждую субботуОскорбительную ноту,Шел на международный скандал.В тридцать третьем царь сказился,Не хватает, мол, земли.На соседей покусился,И взбесились короли.Обуздать его, снять, только глядьНечем в двадцать седьмом воевать,А в тридцатом полководцыВсе утоплены в колодце,И вассалы восстать норовят.