ПРО СЕРЕЖУ ФОМИНА
* * *
ТАТУИРОВКА
* * *
* * *
Я рос, как вся дворовая шпана,Мы пили водку, пели песни ночью,И не любили мы Сережку ФоминаЗа то, что он всегда сосредоточен.Сидим раз у Сережки Фомина,Мы у него справляли наши встречи.И вот о том, что началась война,Сказал нам Молотов в своей известной речи.В военкомате мне сказали: „Старина,Тебе броню дает родной завод „Компрессор“Я отказался, а Сережку ФоминаСпасал от армии отец его профессор.Кровь лью я за тебя, моя страна,И все же мое сердце негодует:Кровь лью я за Сережку Фомина,А он сидит и в ус себе не дует.Ну, наконец, закончилась война,С плеч сбросили мы словно тонны груза.Встречаю я Сережку Фомина,А он — Герой Советского Союза.
Сегодня я с большой охотоюРаспоряжусь своей субботою,И, если Нинка не капризная,Распоряжусь своею жизнью я.Постой, чудак, она ж наводчица,Зачем же так? — уж очень хочется!Постой, чудак, у нас компания,Пойдем в кабак, зальем желание.Сегодня вы меня не пачкайте,Сегодня пьянка мне до лампочки,Сегодня Нинка соглашается,Сегодня жизнь моя решается!Ну, и беда же с этой Нинкою,Она спала со всей Ордынкою!С такою спать кому ж захочется?А мне плевать, мне очень хочется!Сказала, любит, все заметано.Поставлю рубль за сто, что врет она.Она ж того, ко всем ведь просится.А мне-то что, мне очень хочется!Она ж хрипит, она же грязная,И глаз подбит, и ноги разные,Всегда одета, как уборщица,Плевать на это — очень хочется!Все говорят, что не красавица,А мне такие больше нравятся. ну,Что ж такого, что наводчица?А мне еще сильнее хочется.
Не делили мы тебя и не ласкали,А что любили, так это позади.Я в душе ношу твой светлый образ, Валя,А Леша выколол твой образ на груди.Я в тот день, когда прощались на вокзале,Я тебя до гроба помнить обещал.Я сказал, — Я не забуду в жизни Вали!— А я тем более! — мне Леша отвечал.А теперь реши, кому из нас с ним хуже,И кому трудней, попробуй разберись.У него твой профиль выколот снаружи,А у меня душа исколота снутри.И когда мне так уж тошно, хоть на плаху(Пусть слова мои тебя не оскорбят),Я прошу, чтоб Леша расстегнул рубаху,И гляжу, гляжу часами на тебя.Но недавно мой товарищ, друг хороший,Он беду мою искусством поборол,Он скопировал тебя с груди у ЛешиИ на грудь мою твой профиль наколол.Знаю я, своих друзей чернить неловко,Но ты мне ближе и роднее оттого,Что моя, верней, твоя татуировкаМного лучше и красивше, чем его.
Вот главный вход, но только, вот,Упрашивать — я лучше сдохну.Хожу я через черный ход,А выходить стараюсь в окна.Не вгоняю я в гроб никого,Но вчера меня тепленького,Хоть бываю и хуже я сам,Оскорбили до ужаса.И плюнув в пьяное мурло,И обвязав лицо портьеройЯ вышел прямо сквозь стеклоВ объятья к милиционеру.И меня окровавленного,Всенародно прославленногоПрям как был я в амбицииДовели до милиции.И кулаками покарав,И попинав меня ногамиМне присудили крупный штрафЗа то, что я нахулиганил.А потом перевязанному,Несправедливо наказанномуЭти добрые мальчикиДали спать на диванчике.Проснулся я — еще темно,Успел поспать и отдохнуть я.Я встал и, как всегда, — в окно,А на окне стальные прутья.И меня патентованного,Ко всему подготовленногоЭти прутья печальныеВвергли в бездну отчаянья.А рано утром, верь не верь,Я встал, от слабости шатаясь,И вышел в дверь, я вышел в дверь…С тех пор в себе я сомневаюсь.В мире тишь и безветрие,Тишина и симметрия,На душе моей гадостно,И живу я безрадостно.
В тот вечер я не пил не пел,Я на нее вовсю глядел,Как смотрят дети, как смотрят дети,Но тот, кто раньше с нею был,Сказал мне, чтоб я уходил,Сказал мне, чтоб я уходил,Что мне не светит.И тот, кто раньше с нею был,Он мне грубил, он мне грозил,А я все помню, я был не пьяный.Когда ж я уходить решил,Она сказала: „Не спеши.”Она сказала: „Не спеши.Ведь слишком рано“.Но тот, кто раньше с нею был,Меня, как видно, не забылИ как-то в осеньИ как-то в осеньИду с дружком, гляжу — стоят.Они стояли молча в рядОни стояли молча в рядИх было восемь.Со мною нож. Решил я: „Что ж.Меня так просто не возьмешь.Держитесь, гады!Держитесь, гады!“К чему задаром пропадать?Ударил первым я тогдаУдарил первым я тогда,Так было надо.Но тот, кто раньше с нею был,Он эту кашу заварилВполне серьезно,Вполне серьезно.Мне кто-то на плечи повис,Валюха крикнул: „Берегись!“Валюха крикнул: „Берегись!“,Но было поздно.За восемь бед один ответ.В тюрьме есть тоже лазарет.Я там валялся,Я там валялся.Врач резал вдоль и поперек.Он мне сказал: „Держись, браток!“Он мне сказал: „Держись, браток!“И я держался.Разлука мигом пронеслась,Она меня не дождалась,Но я прощаю, ее прощаю.Ее, как водится, простилТого ж, кто раньше с нею был,Того ж, кто раньше с нею был,Я не прощаю!Ее, конечно, я простил,Того ж, кто раньше с нею был,Того ж, кто раньше с нею был,Я повстречаю!