ЗА ТОБОЙ ТАЩИЛСЯ ДЛИННЫЙ ХВОСТ
Я БЫЛ ДУШОЙ ДУРНОГО ОБЩЕСТВА
СПАСИТЕ МИШКУ
СЧЕТЧИК ЩЕЛКАЕТ
ГОРОД УШИ ЗАТКНУЛ
О нашей встрече — что там говорить,Я ждал ее, как ждут стихийных бедствий,Но мы с тобою сразу стали жить,Не опасаясь пагубных последствий.Я сразу сузил круг твоих знакомств,Одел, обул и вытащил из грязи,Но за тобой тащился длинный хвост,Длиннющий хвост твоих коротких связей.Потом я помню бил друзей твоих,Мне с ними было как-то неприятно,Хотя, быть может, были среди нихНаверняка отличные ребята.О чем просила — делал мигом яЯ каждий день старался сделать ночью брачной.Из-за тебя под поезд прыгнул я,Но слава богу, не совсем удачно.Если б ты меня ждала в тот год,Когда меня отправили на дачу,Я б для тебя украл весь небосвод,И две звезды кремлевские впридачу.И я клянусь, последний буду гад;„Не ври, не пей, и я прощу измену,И подарю тебе Большой театр,И Малую Спортивную арену“.И вот теперь я к встрече не готов,Боюсь тебя, боюсь речей интимных,Как жители японских городовБоятся повторенья Хиросимы.
Я был душой дурного общества,И я могу сказать тебе,Мою фамилью, имя, отчествоПрекрасно знали в КГБ.В меня влюблялася вся улица,И весь Савеловский вокзал,Я знал, что мной интересуются,Но все равно пренебрегал.Свой человек я был у скокарей, скокарей,Свой человек у щипачей,И гражданин начальник Токарев, падла ТокаревИз-за меня не спал ночей.Ни разу в жизни я не мучилсяИ не скучал без крупных дел,Но кто-то там однажды скурвился, ссучилсяШепнул, навел и я сгорел.Начальник вел себя не въедливо,Но на допросы вызывал,А я всегда ему приветливоИ очень скромно отвечал.Не брал я на душу покойниковИ не испытывал судьбу,И я, начальник, спал спокойненько,И весь ваш МУР видал в гробу.И дело не было отложеноИ огласили приговор,И дали все, что мне положено,Плюс пять мне сделал прокурор.Мой адвокат хотел по совестиЗа мой такой веселый нрав,А прокурор просил всей строгостиИ был, по-моему, неправ.С тех пор заглохло мое творчество,Я стал скучающий субъект,Зачем же быть душою общества,Когда души в нем вовсе нет.
Говорят, арестован добрый пареньЗа три слова,Говорят, арестован Мишка ЛаринЗа три слова,Говорят, что не помог ему заступник,Честно слово,Мишка Ларин, как опаснейший преступникАрестован,Ведь это ж правда несправедливо.Говорю, невиновен,Не со зла ведь,А вино ведь,Говорю, невиновен,Ну ославить —Разве новость,Говорю, что не поднял бы Мишка рукуНа ту суку,Так возьмите ж вы Мишку на поруки,Вот вам руку.Говорят, что до свадьбыОн придет, до женитьбыВот бы вас бы послать бы,Вот бы вас бы погноить бы,Вот бы вас на Камчатку, на Камчатку,Нары дали б,Пожалели бы вы нашего Мишатку,Порыдали б,А то ведь, правда, несправедливо.Говорю, заступитесь, повторяю: на поруки.Если ж вы поскупитесь, заявляю: ждите, суки,Я ж такое вам устрою,Я ж такое вам устрою,Друга Мишку не забуду и вас в землю всех зарою,А то ведь, правда, несправедливо.
Твердил он нам: „Она моя“,Да ты смеешься, друг, да ты смеешься,Уйди, пацан, ты очень пьянА то нарвешься, друг, гляди, нарвешься.А он кричал: „Теперь мне все равно,Садись в такси, поехали кататься,Пусть счетчик щелкает, пусть, все равноВ конце пути придется рассчитаться“.Не жалко мне таких парней,„Ты от греха уйди“, — твержу я снова,А он ко мне и все о ней,„А ну ни слова, гад, гляди, ни слова“.Ударила в виски мне кровь с виномИ так же, продолжая улыбаться,Ему сказал я тихо: „Все равно,В конце пути придется рассчитаться“.К слезам я глух и к просьбам глух,В охоту драка мне, ох, как в охоту.И хочешь, друг, не хочешь, друг,Плати по счету, друг, плати по счету.А жизнь мелькает как в цветном кино,Мне хорошо, мне хочется смеяться.Пусть счетчик щелкает, пусть, все равноВ конце пути придется рассчитаться.
Город уши заткнул и уснуть захотел,И все граждане спрятались в норы,А у меня в этот час еще тысяча дел,Задерни шторы и проверь запоры.Только зря, не спасет тебя крепкий замок,Ты не уснешь спокойно в своем доме,А потому, что я вышел сегодня на скок,А Колька Демин на углу на стреме.И пускай сторожит тебя ночью лифтер,И ты свет не гасил по привычке,Я давно уже гвоздик к замочку притер,Попил водички и забрал вещички.Ты увидел, услышал, как листья дрожатТвои тощие, хилые мощи,Дело сделал свое я и тут же назад,А вещи теще в Марьиной Роще.А потом до утра можно пить и гулять,Чтоб звенели и пели гитары,И спокойно уснуть, чтобы не увидатьВо сне кошмары, мусоров и нары.Когда город уснул, когда город затих,Для меня лишь начало работы.Спите, граждане, в теплых квартирах своих,Спокойной ночи, до будущей субботы.