Размышления прервал Клард.
- Могу я узнать, что будет, если меня помилуют?
- Тебя отпустят, и ты сможешь отправиться на все четыре стороны, - ответил Сова, погружённый в свои мысли.
- А если я выберу не сторону Террады? - Клард посмотрел на принца. - А, к примеру, Вердила?
- Не хочешь вернуться домой? Что так?
- Вы знаете, как искупает свою вину генерал, проигравший в третий раз? Нет? Его заковывают в колодки и выставляют на центральной площади. Семьи солдат, погибших под его началом, вправе наградить виновника одним ударом кнута. Даже если забыть о первом поражении, когда погибло больше половины жителей Террады, как вы думаете, переживу я две тысячи плетей? Нет, такой вариант жизни для меня равносилен смерти. Выжить здесь, чтобы умереть там, я не хочу.
- Нашей стране не помешают достойные полководцы, генерал Клард, - осторожно произнёс Сентиль, не отводя взгляда от Совы. Чтобы он ни решил, последнее слово всё равно останется за наёмниками. - Но как можно поверить человеку, готовому предать свою страну?
- Громкие слова, принц, - усмехнулся Клард. - Но зачем возвращаться в страну, где ждёт смерть? Чтобы умереть с честью? Но зачем, если я могу выжить и принести пользу?
- И всё же это не ответ.
- Верно. - Клард задумался на мгновение. - Тогда договоримся так. Если вы хотя бы заподозрите меня в предательстве, можете убить на месте, я не стану сопротивляться. Я всего лишь старик, который хочет провести остаток жизни в тишине и покое, а не на площади, под улюлюканье толпы.
- Хорошо, - кивнул Сентиль. - Договорились. Вы ведь не против? - Он посмотрел на наёмников.
- Мы обещали отпустить его. Куда он поедет дальше - не наша забота. - Сова решил, что так будет даже лучше. Если генерал отправится с ними, можно будет расспросить по дороге и узнать, зачем всё-таки его отправили на этот штурм. - Но условие тоже, что и для остальных - не путаться под ногами.
Все поднялись и направились к двери.
- Один вопрос, если можно, - окликнул их Клард. Компания остановилась. - Несколько тысяч лет назад Кейиндар едва не взяли штурмом. Самое удачное нападение на гильдию Древних за всю историю. Тогда применили этот приём, спрятаться в ямах перед барьером. Первый и единственный раз, насколько я знаю. Кто решил использовать его?
- Отдыхайте, генерал, завтра рано вставать, - только и раздалось в ответ.
Клард проводил взглядом пятёрку гостей. Дверь закрылась, но теперь его оставили не в темноте, в углу горели свечи.
Всё ещё жив.
Мысль радостно забилась в голове, и Клард некоторое время наслаждался ей, словно не было у него за плечами долгой жизни, в которой приходилось ходить рука об руку со смертью.
Он всё ещё жив.
- Кто этот генерал? - спросил Сова, когда они поднимались по ступенькам наверх, к своим комнатам.
- Его назначали главнокомандующим армиями Востока полтора столетия назад, - ответил Сентиль. - Многие признают его лучшим генералом из ныне живущих. Он постоянно сражался с мокрунцами, несколько раз отбивал набеги с Запада. Но потом случилась Первая волна. В падении Террады нет его вины, но таков закон. Официально генерал Клард руководил обороной города. Он отступил в Ланметир, но и там его настигло поражение. А что за битва, о которой он говорил? Вы ведь участвовали в ней? Хотя бы один из вас?
- Участвовал, - не стал отрицать Сова. - Не забивай себе голову. Это дела давно минувших лет.
Все разошлись по комнатам. Ни о каком дневнике сейчас не могло быть и речи.
- Ты ведь не просто участвовал, - сказал Гепард, когда близнецы остались одни. - Никогда не поверю, будто ты согласился сражаться под чьим-то командованием, кроме своего собственного.
- А я и не говорил, что бежал в первых рядах с мечом наголо, - ухмыльнулся Сова.
Запись из Хранилища. 2621 год после События, лето
Двадцать тысяч солдат стояли на поляне в ожидании приказа. Четыре отряда, в каждом по пять тысяч. Все в лёгких кожаных доспехах, с копьями и короткими ножами на поясе. Каждый отряд дробился на части поменьше, в среднем по пятьсот человек. При каждом стоял и свой знаменосец. Большая часть знамён состояла из четырёх животных - медузы, кита, осьминога или акулы.
Каждым отрядом, как и полагалось, командовал капитан, у которого в распоряжении имелся десяток сержантов. Но сейчас всех созвали на совещание.
В нескольких сотнях шагах позади строя солдат раскинулся ряд палаток. В одной из них, самой большой, и собрали всех командиров.
Сорок пять человек, по очереди и наперебой, высказывали своё мнение, обсуждали и спорили. Каждый имел право голоса, и совещание длилось уже несколько часов, но к согласию прийти так и не удавалось.