– То, что тебя ждет… – Ри сглотнул комок, подкативший к горлу. – Это нельзя сравнить ни с чем… Но у тебя есть шанс…
– Обмануть бога? Переупрямить его? – горько усмехнувшись, Ларс качнул головой. – Я здраво оцениваю свои силы и знаю, что могу лишь немного оттянуть конец… Но время… Оно не на моей стороне. Ведь у Губителя есть вечность, у меня же – от силы несколько дней…
– Порою, смерть – избавление… Любая. Не важно, что за ней… Я бы с радостью выбрал пустоту… Только бы не помнить… – на миг он умолк, уткнувшись лицом в колени, скрывая слезы, хлынувшие из глаз, а затем продолжал, полня каждое слово морем горечи: – Если было бы возможно начать жизнь с начала, если не с мгновения появления на свет, то хотя бы с того дня, когда караван подошел к этому городу!
Знаешь, что я сделал бы? Совершил в первый же час проступок, за который меня бы на всю неделю засадили на цепь в повозке рабов. Все что угодно, лишь бы не оказаться здесь.
– Прости, я не мог вас защитить, – ему было невыносимо тяжело дышать, не то что говорить, но он продолжал, – без камня маг – лишь слово. Только у богов дар свободен и не нуждается в опоре…
– Но если бы Ярида убили… Не ты, я понимаю… Но другие…
– Бур тоже постоянно говорил об этом, был готов принести в жертву свою душу… – горожанин на миг умолк, переводя дыхание. – Мне стоило немалого труда остановить его…
– Почему?
– Бессмысленно… Камень отравлен… И лишь небожитель может очистить его…
– Прости, я… Я плохо думал о тебе, винил во всех наших бедах, вместо того, чтобы признать, что вся вина лежит лишь на мне одном, – он поднял лицо, взглянул на горожанина, заставляя себя думать о другом, лишь бы не вспоминать то, что случилось с ним самим. Его взгляд остановился на повязках, покрывавших раны горожанина. Губы сжались, по членам прошла дрожь, словно на какой-то миг он испытал всю боль чужака, усиленную воображением. – Хозяин города просто зверь, – прошептал Ри.
– Он чрезмерно ретиво ринутся исполнять волю своего нового хозяина… Ничего, это всего лишь тело… – хриплый вздох сорвался с его губ. – Главное, что душа цела…
– Зачем ты сопротивляешься, если все равно ничего не изменить…
– Ты говоришь так, словно потерял веру.
– Да! Я больше не могу верить! Как боги допустили… – внезапно умолкнув, он отвернулся в сторону.
– Брось. Боги лишь испытывают нас. Ты не должен сдаваться.
– Как и ты?
– Я буду держаться, сколько смогу. Я должен. Пока Губитель не получил жертву, он слаб, его еще можно остановить.
– Я слышал, как они говорили между собой… Они не оставят нас в покое…
Губитель хотел сломить тебя с нашей помощью… Он бы измывался над нами, заставляя тебя смотреть… Но хозяин города сказал, что муки чужака не тронут ничье сердце, тем более сердце вора… – он замолк, ожидая, что скажет на это Ларс, подтвердит или опровергнет…
– Он прав, – Ларс кивнул, продолжая спокойно смотреть в глаза своему собеседнику.
Ровным и безразличным голосом он продолжал: – Наши жизни – ничто. Наше будущее предопределено. Судьба мира – единственное, что имеет значение.
– А мы всего лишь два чужака, тем более, сами виноватые во всем… Если бы мы не пошли в город, если бы мы не оказались у тебя, маг не узнал бы нашу тайну и никогда не нашел нужных слов заклинания-вызова. Как и твой секрет…
– Не думай об этом. Пойми: все было предопределено.
– Но Шамаш… Он знал об этом! Он пытался нас предостеречь, остановить!
– Я не могу говорить за другого, будь то простой человек, маг или, тем более, бог.
Но мне почему-то кажется, что, даже пытаясь вас предупредить, Он понимал, что ничего этим не изменит… Законы мироздания выше не только людей, но и небожителей.
– Что, во имя великих богов, заставляет тебя так думать?
– Магу и уж конечно богу ничего не стоит удержать людей на месте, подчинив своей воле. А ваша воля была свободна. Потому что дорога, которой вам предстояло пройти, уже была прочерчена… С той высоты, с которой глядят на мир боги, еще в миг, когда караван только переступал черту города, вы уже были здесь, в этой темнице…
– Принять все как есть? Но разве не сражаясь за свою жизнь человек проходит испытание?
– Да. И, все же, никто не сможет сделать ни шага, если вперед не ведет тропа его судьбы… – он тяжело закашлялся, вынужденный умолкнуть, дыхание стало прерывистым и напряженным.
– Они будут искать твою сестру…
– Наверно… – прошептал Ларс, устало закрыв глаза.
Глядя на измученное, залитое кровью и потом лицо горожанина, юноша продолжал: – Ты зря велел им идти к каравану. В городе они могли бы спрятаться, надеясь отсидеться, переждать какое-то время… В караване же им будет некуда деться…
Потому что… Ты был прав, когда говорил, что наши родители не станут нарушать обет из-за двоих несмышленышей, нарушивших волю взрослых… И тем более они не сделают этого ради того, чтобы помочь чужакам.
– Если бы они знали о том, что произошло, то передумали бы…
– Из-за Губителя?
– Да. Он враг всех живых.
– Ларс! – вскрикнул Ри, вдруг осознав: – Все посвященные в тайну ведь думают, что нам противостоит Госпожа Кигаль, а не повелитель Погибели! – в его глазах вновь отразился страх, душа затрепетала. Еще миг назад юноше казалось, что хуже уже быть не может, что все потеряно, лишилось смысла. – Мы должны что-то сделать! Мы должны предупредить! – да, пусть Ри не хотел больше жить ради себя, но он мог продолжать жизнь во имя других, своих родных и близких… -Нужно попробовать выбраться отсюда!
– Я знаю городские подземелья. Они все связаны воедино…
– Но дверь закрыта на замок…
– Ничего, я открою…
– Они не позволят нам бежать! Они следят за нами, подслушивают наш разговор…
– Нет, – Ларс был уверен, что это не так.