(9) Древнее правило "Не делай другим того, чего не желаешь самому себе" мудро, но не закончено, и в этой незаконченности тоже есть своя еще более глубокая мудрость. Правило говорит о том, чего не стоит делать своим ближним, но ничего не говорит о том, что нам стоит для них делать. Здесь легко попасться в ловушку, увлекшись логикой отрицания отрицания, потому что правило "Делай другим то, чего желаешь себе" работает плохо или, лучше сказать, вообще не работает. Правило "Не делай..." всего лишь избавляет нас и окружающих нас от страданий, но не дает радости. Радость начинается тогда, когда у нас есть какое-то положительное правило "Делай..." и его результатом будет какое-то добро. Но такое правило, по крайней мере, по видимости лишало бы нас внутренней свободы, а внутренняя свобода - необходимое условие для радости. Может быть, поэтому древнее правило сообщает нам половину правды, оставляя вторую половину для нашего свободного поиска. Можно сказать, что любая философия пытается, в определенном смысле, сформулировать универсальное положительное правило. На мой взгляд, самое удачное принадлежит Августину Блаженному: "Люби Бога и делай что хочешь"...
(10) У всех индоевропейских языков имеются подобные части речи. Поскольку языки появились раньше науки, а наука возникла в просвещенной Европе, то можно ожидать, что категории науки нашли свое отражение в общих категориях языка - язык науки базируется на на них. Возьмем физику (или как ее называли в Европе в новое время - натурфилософию). Если немного поразмышлять, то выстраивается следующая система соответствий:
Существительные - Материя
Глаголы и глагольные формы - Время
Прилагательные и наречия - Пространство (и, возможно Число)
Предлоги - Взаимодействие
Местоимения - Системы Отсчета
Эту таблицу можно читать как слева направо (тогда мы выражаем тот факт, что конструкции языка предопределяют возможности познания - когнитивная лингвистика), так и справа налево (тогда мы фактически принимаем естественную теорию языка). Можно найти языковые параллели и в других науках (например, в психологии). Если принять эту систему соответствий всерьез, то можно задать несколько интересных вопросов.
1. Каков естественный язык для описания философско - религиозной категории "вечности"? В вечности нет времени (следовательно, возможно, что и другие категории видоизменяются), значит, как минимум, в "языке вечности" нет глаголов. Если также принять, что в вечности реализуется идея всеединства, то в языке вечности отсутствуют как таковые и местоимения. Такой язык будет звучать очень непривычно для нас, так ведь и вечность непривычна : - ) 2. Как выглядела бы наука, если бы она зародилась внутри культуры вне индоевропейских языков (например в Китае)? В этих языках отсутствуют некоторые части речи индоевропейских языков, но зато присутствуют другие языковые категории. Можно ожидать, что соответствующие им общенаучные категории там были бы принципиально другими...
(11) Мера любви человека в равной степени определяется теми глубинами ада и теми вершинами радости, которые этот человек способен разделить с тем, кого он любит...
(12) Чтобы играть на гитаре, вовсе не обязательно учиться это делать. Можно просто взять и играть. Так не происходит вовсе не потому, что это невозможно, просто никто не верит в то, что это возможно. Ежедневные изнурительные упражнения и нужны исключительно для того, чтобы компенсировать недостаток веры в свои возможности: чем меньше веры, тем больше упражнений и наоборот. Это относится, конечно, не только к гитаре, просто я сам упражняюсь на ней почти каждый день...
(13)[...] Адекватные модели невозможного требуют серьезного пересмотра оснований классической математики. В невозможном мире A может быть не равно A, или равно только приблизительно, функция может иметь область определения и не иметь области значений, число может быть рациональным и иррациональным одновременно, а векторы могут не иметь ни направлений, ни абсолютной величины. В математике невозможного отсутствие противоречия не является необходимым, более того, даже сами противоречия могут быть (хотя и не обязаны) противоречивыми, равно как их противоречия и т.д. Математика невозможного - это не просто неклассическая логика, это - преодоление логики или даже отказ от нее. Прорыв в невозможное - это обретение свободы, которая не может быть определена в принципе. Поэтому категория свободы - это одно из первичных понятий математики невозможного... [Из книги "Введение в теорию невозможного",
Глава 2. Математика невозможного]
(14) Из общих соображений все люди делятся на 4 основных типа: (I) те, кто точно знает, как нужно жить и у них все в жизни получается, (II) те, кто точно знает, как нужно жить, но у них в жизни ничего не получается, (III) те, кто точно не знает, как нужно жить и у них ничего не получается и (IV) те, кто точно не знает, как жить и у них при этом что - то получается. Первый тип (сверхчеловеки) на меня действует подавляюще и я его просто сторонюсь, второму типу (теоретики жизни) я знаю как помочь, но не помогаю, третьему (потерянные) - не знаю, как помочь, но помогаю, а четвертый тип (Homo scrutans - я к нему отношу и себя) - с ним я просто дружу...
(15) Сторонники любой идеи (коммунисты, вегетарианцы, христиане,...) всегда бывают двух типов - те, которые пришли туда от ума и те, которые пришли от сердца. При этом, даже если они сами считают себя относящимися к одному и тому же лагерю, жизнь все равно рано или поздно обнаруживает, что между ними - пропасть! Их цели - прямо противоположны, а совпадают лишь средства, но это совпадение - временное и случайное...
(16) Наверное, в жизни есть совсем немного вещей худших, чем невыполненные обещания. Они похожи на огромные камни, опасно нависшие над бездонной пропастью, одна стена которой называется Ложь, другая - Недоверие. Когда - нибудь эти камни срываются и гулкое эхо сообщает нам, что доверие убито. Вернуть доверие в отношениях трудно, так же как трудно извлечь осколки камня из пропасти. Намного проще выполнить обещание, пока камень еще не упал...
(17) День - близорук, ночь - дальнозорка. Днем мы видим хорошо, но только то, что находится рядом с нами, на Земле, поэтому днем нас сопровождает нагромождение сгорбленых тем дня: хлеб насущный и защита, помощь, суета и одиночество. Ночью Солнце прячет свой яростный блеск на другой стороне мира, мы видим плохо, но далеко. Мы видим Космос и можем при желании и настроении погрузиться в просторные темы Вечности и Начала, Смысла и Одиночества. Может быть поэтому свои самые светлые озарения человечество получает не в искрящихся струях солнечного света, а под бледной сенью Млечного Пути...
(18) Кто - то из древних греков сказал: "В споре рождается истина". Со времен расцвета греческой культуры человечество спорило по любому поводу (или даже без повода) и продолжает это дело с упоением, обозвав свои споры дебатами, совещаниями, заседаниями, конференциями и т.д. Увы, сегодня приходится сделать небольшое уточнение к греческой мудрости: "Истина в споре умирает!"
(19) Другой мудрец, более современный, добавил: "Истина лежит где - то посередине между крайними мнениями". Эта мысль подозрительно привлекательна, чтобы быть верной. Неужели формула истины всегда сводится к среднему арифметическому субъективных мнений? Даже арифметика учит нас, что среднее от двух отрицательных чисел не есть число положительное. А что если отказ от крайностей - это красивый и удобный самообман? Что, если посередине мнений вообще ничего нет? Что если наша позиция, напротив, как правило недостаточно крайняя, чтобы иметь хоть какое - то отношение к истине? Что, если истина вообще находится на самом краю, куда не смеют подобраться даже самые ярые сторонники крайних мнений?