Так бы спокойно и текла наша жизнь дальше, если бы не эмир Абу. Месяцев через восемь после победы над Толедо и Альмерией он решил, что в знак благодарности Аллаху за дарованную нам победу необходимо построить мечеть, равную в своей красоте кордовской Меските.
Для воплощения в жизнь этого плана учредили совет, во главе которого встал Салим. На должность его советника назначили Тоскания. Однако Салим был занят переговорами о союзе против Кастилии, а Тосканий вечно болел, и потому Азиз и Паладон заняли места своих отцов.
И тут я понял, какая чудесная возможность нам представляется.
— Ты справишься? — спросил я Паладона. — Тебе это под силу?
Мы стояли на плоской вершине скалы. Согласно расчетам моего друга, пещера располагалась прямо под нашими ногами. Полуденное солнце нещадно жгло равнину Мишката, ярким светом заливая горы. Они столь четко и ясно проступали на горизонте, что словно лишались объема, отчего казалось, будто они нарисованы, как на картинке. Возникало ощущение, что стоит протянуть руку, и ты коснешься покрытых снегом вершин.
— Нет ничего невозможного, — пробормотал Паладон, чью голову прикрывал платок, защищавший от жарких лучей.
Вооружившись железным ломиком, мой друг простукивал скалу. Время от времени он опускался на четвереньки и прижимал ухо к раскаленному камню. Наконец Паладон закончил и вытер выступивший на лбу пот.
— Сложно сказать. Для верности надо бы просверлить дыру. Однако, если мои подсчеты верны и мы не ошиблись с высотой пещеры, потолок у нее должен быть тонким.
— Значит, его можно убрать и вместо него на вершине скалы поставить золотисто-голубой купол? Его будет видно с равнины!
— Теоретически да, — вздохнул мой друг. — Ладно, хорошо, это вроде должно получиться. Но ты хоть представляешь, Самуил, каких трудов это будет стоить? Разобрать завал камней у входа, заделать все трещины и расщелины в полу, выровнять стены… А купол? Это вообще отдельный разговор. Ты понимаешь, что предлагаешь взять эту гору и полностью ее видоизменить? И я сейчас не говорю о технических сложностях. Чтобы преобразить одну лишь пещеру, нам понадобятся все каменщики Мишката, и им придется работать много лет. Один лишь Всевышний знает, в какую сумму это обойдется!
— Если то, что мы придумали, понравится эмиру, ни в деньгах, ни в рабочих недостатка не будет. В результате набега на Толедо после разгрома вражеской армии Салим добыл много рабов и золота. Я ничего не путаю, Азиз?
Принц, изнывая от безделья, кидал с обрыва камешки, наблюдая, как они со стуком отскакивают от скальных выступов. Повернувшись ко мне, он пожал плечами.
— Об эмире вам нечего беспокоится. Главное — убедить моего отца.
— Но ведь ты сейчас его и замещаешь. Ты можешь хоть сию минуту отправиться к эмиру. Салим же сказал, чтобы ты решал сам.
— Хочу тебе напомнить, Самуил, что есть и другие члены совета.
— Пустое, — отмахнулся я, — придворные, которые никогда не посмеют возразить эмиру. С тобой они тоже не рискнут спорить. Согласен?
— Согласен, — Азиз явно чувствовал себя не в своей тарелке. Я увидел, как раздраженно сверкнули его глаза под капюшоном джеллабы. — Но что мне сказать Абу? Вы же собираетесь тут все переделать. А речь идет о святыне…
— О святыне, которая напоминает нам о том, как многие годы назад наши края были избавлены от захватчиков. И вот недавно мы одержали новую победу! Где еще построить мечеть, как не здесь? Мечеть во славу победы, дарованной чудом! Добытой, если верить Сиду, провидением Божьим.
— Не ехидничай, Самуил, это тебе не идет. Говори по делу. — Азиз кинул с обрыва еще один камешек.
— Я и не думаю ехидничать, Азиз. Я пытаюсь объяснить тебе, как появляются на свет легенды. Если мы воплотим нашу идею в жизнь, храм станет одним из чудес света. О нем станут рассказывать легенды. Новые легенды. В этом нет никакой ереси. Это будет мусульманская мечеть, возведенная во славу Аллаха, и одновременно она станет памятником всем нашим убеждениям. В ней будут сокрыты тайные символы. В них мы запечатлеем историю сотворения Вселенной Богом-Перводвигателем. Таким образом, эта мечеть станет грандиознее всех мечетей мира. Она будет полна загадок и преисполнена Божественной силы. Если тебя беспокоит, что скажет эмир Абу, позабудь тревоги. Твое предложение ему лишь польстит. Отчасти он считает, что мы добились победы силою его молитв. Наш план приведет его в восторг. Мечеть во чреве святой горы? Кому еще в исламском мире могла прийти в голову столь смелая, столь дерзкая мысль? Все в Андалусии станут завидовать Мишкату, а ваши с Паладоном имена навеки останутся в истории.