Юрий Гладильщиков: КНИГА БАЕК
В фейсбуке, телеграмме и Вконтакте
[27.04.2024 15:34]
1. Предисловие
Почти четверть века назад в свой 39-й день рождения 28 апреля 2000-го года я очутился не где-нибудь, а в Нью-Йорке. Я был одним из приглашенных, как теперь выражаются, спикеров на серьезный семинар по новому русскому кино, который организовали профессора Нэнси Конди и Владимир Падунов в университете Питтсбурга. Гонорары нам не платили. Оплачивали дорогу и проживание в Питтсбурге. А неделя в Нью-Йорке — за свой счет — была бонусом. Удалось снять дешевую по местным меркам гостиницу в центре Манхэттена. Та рекламировала себя как место, где можно ощутить дух легендарного фильма «Вестсайдская история». Это оказался не дух, а скорее запах — перестиранного постельного белья и недомытого тела. Ржавый кран в раковине. Ванная и туалет на этаже. И это за шестьдесят долларов за ночь. Но плевать! Главное: я впервые в городе, который считается столицей мира.
Столица мира меня разочаровала. Дело в том, что я, много читавший про Нью-Йорк, ожидал оказаться в городе городов, который состоит из множества непохожих национальных, культурных и религиозных анклавов. Китайский квартал, итальянский, польский, интеллигентский Гринич-Вилидж (именно так теперь принято писать — не Гринвидж-Вилледж), артистический Сохо и пр. Но в итоге, исходив за неделю Манхэттен вдоль и поперек, я обнаружил обычный, разве что гигантский мегаполис и лишь два действительно ни на что не похожих района-анклава: русско-еврейский Брайтон-Бич, который вообще не на Манхэттене, а черти где - на окраине Бруклина, и чернокожий Гарлем.
Я заранее решил, что отмечу утро своего дня рождения 28 апреля 2000 года походом в легендарный негритянский район Нью-Йорка. Тогда это считалось авантюрой. Хотя сейчас Гарлем вроде бы стал модным местом.
Часов десять утра. Жарковато. Мне нужно добраться от 55-й улицы, на которой расположена моя гостиница, до сотой. Это верхний край знаменитого Центрального Парка и нижняя граница Гарлема. В честь своего дня рождения покупаю 50-миллилитровую бутылочку бурбона. На углу Гарлема вижу еще один винный магазин. И тут-то наконец осознаю, что Гарлем — это вам не Тверская и не Невский проспект.
Магазин на углу Гарлема выглядел так: бронированное стекло до потолка. Деньги и спиртное от клиента к продавцу и обратно передаются через очень глубокое рычажное устройство — как в банках. Положил деньги, крутанул ручку — деньги ушли к продавцу. Тот положил бутылочку в поддон, крутанул ручку - и пузырь у вас.
Изумительный город Нью-Йорк образца 2000 года. До сотой улицы, в основном, белые. Но на углу — винный магазин, бронированный как танк, поскольку его прежде наверняка не раз грабили. Пересекаешь границу сотой — белые исчезают. Зато вдоль домов стоят и пялятся на тебя чернокожие мужики, явные бездельники, фирменный стиль которых: засунуть большие пальцы обеих ладоней в узкие карманы джинсов.
Еще впечатление: изменение цвета города. Нью-Йорк до моего похода в Гарлем казался мне желтым — улицы заполняли сотни желтых такси. В Гарлеме не было такси! Водители отказывались ехать сюда, опасаясь ограблений.
Всё так ужасно? А мне показалось: нет. 125-я - это большая поперечная торговая улица. Купил за копейки для подарков несколько — очень качественных по ткани и дизайну — коттоновых маек с надписами I love NY и для себя Harlem. А еще нашел невероятно дешевый магазин роскошных кроссовок. Я спец в этом виде обуви и приобрел там суперкроссовки для дочери за 39.00. В Европе такие — такого брэнда, комбинации из кожи, замши, пластика — стоили бы 199.00. Уж поверьте. Во всех магазинах Нью-Йорка мне до этого хамили. Магазинное хамство, как выяснилось, отличительная черта самого знаменитого города мира. В магазине Гарлема чернокожие продавцы ростом под два метра были сверхобходительны. Тут же приносили другую пару, давали полезные советы и т. д.
Кроссовки прожили в Москве недолго. Дочь оставила их в пакете у дверей, где мы обычно складывали мусор на выброс. Ну я этот пакет и выбросил. Зато белую майку с африканским сюжетом и надписью Harlem регулярно носил еще года два.
[27.04.2024 15:36]
2.
Свою первую кинорецензию я опубликовал в 1978 году, учась в 10-м классе. В популярной на моей малой (вообще-то не такой уж и малой) родине газете «Комсомолец Кубани». Рецензия была на дурацкий якобы молодежный фильм, который выпустили тогда на всех экранах страны. Названия не помню. Он был про бывшего десантника, который мочит уличных пацанов-отморозков. Новизна была в том, что подобные темы у нас прежде не поднимали, а фильм снимали в Краснодаре, и целью моей якобы рецензии было сказать: а вот не зря снимали именно у нас, в Краснодаре. У нас и впрямь есть уличные проблемы. Это, кстати, было правдой — особенно в моем микрорайоне.